Двое из них, не говоря ни слова, направились к пострадавшему. А я отвернулся и пошел на свое место возле костра.
– Ты пожалеешь, человек! – раздался мне вслед полный ненависти голос. – Я тебя запомнил! Теперь чаще оглядывайся, чтобы не пропустить момента, когда моя стрела убьет тебя!
Нет, ну не дебил ли? Я повернулся к этому придурку и выстрелил ему в голову, забрызгав кровью и мозгами двух пытавшихся поднять его эльфов.
– Еще кто-нибудь хочет что-то сказать мне или моей жене? – ледяным тоном поинтересовался я.
Видимо, никто не хотел. Поставив автомат на предохранитель и взяв изумленную Вильколиэль под локоть, я повел ее к костру.
Эльфийка, не говоря ни слова, позволила довести себя до костра, а потом резко повернулась ко мне.
– Зачем?! – гневно спросила она.
– Что зачем? – не понял я.
– Зачем ты его убил?!
У меня от неожиданности даже ответа сразу не нашлось. Это как понимать вообще? Что за претензии? Почувствовав, что вновь начинаю закипать, медленно сосчитал про себя до десяти.
– Вот скажи мне, Вильколиэль, – спокойно, почти ласково, обратился к злобной эльфе, – ты сейчас все видела и слышала? Или, может быть, отходила куда-то?
– Нет, не отходила. – На ее мордашке гневное выражение сменилось на озадаченное.
– Точно?
– Точно.
– Так какого же хрена ты тупые вопросы задаешь?! – заорал я. – Если ты все видела и слышала?! Он вызвал меня на поединок, и я его убил! Чего непонятного?! Или, может быть, стоило этого урода пощадить?!
– Ты… Да ты… – Она явно не ожидала такой отповеди и теперь просто открывала и закрывала рот, силясь что-то сказать. И так секунд тридцать. Потом все же настроила свои речевые функции и выдала: – Ты его после окончания поединка убил! Вот!
– Это кто сказал?
– Что сказал? – До нее опять не дошел смысл моего вопроса.
– Что поединок закончился?
– Так ведь… – У эльфийки случился еще один сбой программы, опять заставив ее зависнуть на какое-то время. – Так ты сам и сказал!
– А он что сделал?
– А что он сделал? – последовал новый вопрос.
Блин, может, она еврейская эльфийка? Что-то меня такой диалог напрягать начинает.
– Он мне угрожать начал, – спокойно, что далось мне с трудом, ответил я ей. – Начал угрожать после того, как проиграл. Вот ответь мне, ты же его давно знаешь, он бы выполнил свое обещание?
– Возможно, – на этот раз она ответила сразу. – Но это не повод убивать его после окончания поединка. Так нельзя! Он племянник одного из лордов.
– Да мне плевать, чей он там племянник! Я дал ему шанс! И если бы этот идиот заткнулся и свалил, он остался бы жить! Но этот ушастый болван сам выбрал свою судьбу! А мне совсем не улыбается всю оставшуюся жизнь ходить и оглядываться, гадая, исполнит он свою угрозу или нет!
Вильколиэль опять открыла рот, собираясь, видимо, опять что-то мне гневно высказать, но я не дал, резко ее перебив:
– И вообще, он тебе кто, что так за него переживаешь? Или все же решила принять предложение и забраться к нему в постель?
– Что?! Да как ты смеешь! – С этими словами Вильколиэль влепила мне пощечину, а затем, громко фыркнув, развернулась и ушла на другой край поляны.
Ну и хрен с тобой, золотая рыбка! Задолбала, честное слово. Вот хрен поймешь этих женщин. Я из-за нее с этим ушастиком сцепился, а она еще и недовольна. Настроение и так поганое, а тут еще эти семейные разборки. Надо как-то отвлечься, а то еще кого-нибудь грохну.
Обвел шальным взглядом поляну и заметил, что все присутствующие смотрят на меня. Точнее, поглядывают, вроде бы занимаясь своими делами. Кроме Кера и Вильколиэли. Кер как ни в чем не бывало рубит дрова, а эльфийка уселась под деревом и обиженно нахохлилась.
Зато у всех остальных взгляды были разными. Гоблин смотрел с немым обожанием и гордостью. Ирек и Дигон с плохо скрываемым интересом, правда, не совсем на меня, а скорее на автомат. А Гира… Ее взгляд был абсолютно нечитаемым. Осуждающе-задумчиво-заинтересованный-и-вообще-хрен-пойми-чего-ей-надо!
Ладно, займемся делом. Достал из рюкзака большую чистую тряпку и расстелил перед собой. Немного покопавшись, нашел специально приготовленную ветошь и масленку. Еще раз обведя взглядом поляну, положил на тряпку автомат и начал разбирать. Энакр с Крейном мгновенно материализовались рядом и засыпали вопросами. Что к чему и для чего? Пришлось отвечать. Когда оружие было полностью разобранным, интерес у них поубавился, и маги отошли в сторону, что-то негромко обсуждая. А я принялся за чистку.
Когда уже заканчивал, рядом присела Вильколиэль. Молча. Села и смотрит. Я тряпочкой шур-шур, а она глазами хлоп-хлоп. Забавно так. Все же эльфийка очень красивая, и наблюдать за ней приятно.
– Макс, – чуть слышно произнесла она, когда я складывал все обратно в рюкзак.
– У?
– Прости, я была неправа, – все так же тихо сказала девушка.
– Угу, – мычу в ответ.
– Макс! – повысила голос эльфийка.
– У? – опять укнул я.
Кто бы что ни говорил, а чистка оружия успокаивает. Если полчаса назад у меня было желание кого-то убить, то сейчас настроение стало почти нормальным. Даже захотелось над Вильколиэлью поприкалываться.
– Ты меня простил?
– Угу.
