«Я не жалею о том, что большая часть моей творческой жизни была посвящена созданию ядерного оружия. Не только потому, что мы занимались очень интересной физикой… Я не жалею об этом и потому, что после создания в нашей стране ядерного оружия от него не погиб ни один человек. За прошедшие полвека в мире не было крупных военных конфликтов, и трудно отрицать, что одной из существенных причин этого явилось стабилизирующая роль ядерного оружия».
В последний год ХХ века, когда отмечалось 50-летие со дня испытания первой советской атомной бомбы, слова ее создателя звучали пророчески. Но отражают ли они надежды будущего?
Казалось бы, что такого рода трагедии принадлежат прошлому, и им не суждено случаться в нашей действительности. Однако «голубое сияние» нежданно вспыхивает в лаборатории, высвечивая все несовершенство нашего разума и хрупкость человеческого существа. И вот уже молча склоняем головы перед памятью тех, кто уходит от нас, став навсегда еще одной жертвой «атомного века».
Гибель физика Александра Захарова, который работал в Федеральном ядерном центре «Арзамас-16», вновь заставила иначе взглянуть на происходящее и, в частности, на положение в ядерном комплексе России.
Наш разговор с начальником департамента проектирования и испытания ядерных боеприпасов Николаем Павловичем Волошиным начался с анализа этого «чрезвычайного происшествия», которое и привело к гибели Захарова. Столь высокий пост в Минатоме России Волошин занял осенью 1996 года, а потому я и спросил его:
– Да. И не за последний год, а за весьма долгое время… Двадцать лет назад на полигоне погиб мой сотрудник. Я был руководителем группы физических измерений, и один из старших техников попал под фургон – и он погиб…
–
– Для нас любой случай, связанный с гибелью сотрудника, всегда «чрезвычайное происшествие», и всегда проходит тщательное расследование… Однако в нынешней ситуации катастрофа в Арзамасе-16 привлекла внимание высшего руководства страны – ежедневно приходилось готовить материалы для докладов президенту и премьер-министру. Так что если бы не поседел на нашей работе раньше, то это случилось бы на той неделе…
–
– Я объясняю это изменившимся отношением к нашему министерству и к нашим делам. На мой взгляд, это предвзятое отношение! В Воронежской области погибли четыре девочки, сгорели заживо, и никакой реакции… А у нас раз в двадцать или тридцать лет случилось такое происшествие, и сразу же «надо менять всю систему безопасности» – так начинают утверждать и депутаты, и средства массовой информации.
–
– В 67-м году в том же Арзамасе-16. Причем примерно на таком же «котле». Стрельников Юрий Владимирович работал еще очень долго после того случая, правда, стал плохо видеть… В 68-м году произошла авария в Снежинске, два человека погибли – один на третий день, второй – через три месяца… Они облучились также при работе с «критсборкой».
–
