– Радиационная опасность, безусловно, существует. Это реальность, с которой надо считаться и обязательно учитывать. Однако законы физики, повторяю, действуют, значит, мы обязаны их не бояться, а знать и учитывать. Для этого наука и существует. Надо создавать надежные конструкции. Вот, к сожалению, сейчас я пришел к выводу, что мы не можем видеть деградацию материала во времени. Нет такой науки. Я назвал бы такую отрасль «жизнью материалов». Почему графит только сорок лет работает? И больше никак не получается… В общем, материалы, как и человек, стареют и выходят из строя. Семьдесят лет живем, а двести не получается. Почему? Нет ответа пока на этот вопрос. И для человека, и для материала.
– Моей вины в Чернобыле нет… Беда большая случилась в Чернобыле, очень большая, но нельзя спекулировать на трагедии, нельзя!
–
– Это было хулиганство… То же самое, что ехать на автомобиле без тормозов. Один раз вам все-таки удается добраться до дома, но на следующий вы обязательно попадете в катастрофу. К сожалению, атомщики частенько ездили без тормозов, надеясь, что все обойдется… Для меня ясно: виновны те, кто управлял реактором в Чернобыле. Тут и спорить не следует. Но и сам реактор, конечно, имел крупные недостатки: он разгонялся, то есть, когда аварийные стержни сбросили, вместо того чтобы «захлопнуться», реактор начал «разгон»… В этом вина конструкторов и ученых. И это тоже нужно признать… Но главное все-таки: нельзя было так небрежно обращаться с реактором. Это ведь динамит.
–
– Нет.
–
– Я думаю, что «быстрые реакторы», которые сами воспроизводят топливо, займут должное место в энергетике. А вот насчет термоядерных установок есть сомнения. Там очень сложно с материалами, не все получается. Плюс к этому, в атомной энергетике сделано очень многое: создана необходимая база – от разведки урана до разнообразных установок. И на мой взгляд, это заслуга Ефима Павловича Славского, который много лет руководил нашей атомной промышленностью и который умел думать о будущем…
–
– Делается большая глупость. Не по-хозяйски живем и работаем… Конечно, вопрос вопросов в атомной энергетике – безопасность. Едете на машине или плывете на пароходе – вы не боитесь, хотя можете попасть в аварию и погибнуть. Если задуматься, то вероятность разбиться или утонуть намного больше, чем пострадать от атомной энергетики. Это люди должны понимать, а потом уже они способны делать верный выбор.
–
– Бывало… Своего близкого товарища пару раз до слез доводил. Я говорю: сделай то-то и то-то. А он в ответ: не мое, мол, дело, а начальника другого отдела. Я настаиваю, а он не соглашается. Тогда я ему объясняю – а мы друзья! – что не могу работать с человеком, который мне не подчиняется, и потому освобождаю от должности.
–
– Конечно. А он заслуженный человек, лауреат и мой друг… Все его защищать, оправдывать. Потом он пришел ко мне, расплакался. Я приказ порвал.
–
– Нервы на пределе были не годами, а десятилетиями!
– Нет его уже в живых… Не мог я поступить иначе, потому что дисциплина в нашем деле необходима. И ответственность тоже, а посему приказы главного конструктора надо выполнять…
–
