Унылым днем нового, 1863 г. хмурый Линкольн созвал в Белый Дом республиканских лидеров Конгресса и губернаторов штатов. «Не так надеялся я отчитаться перед вами о выполнении своего долга,— сказал им президент. — В июле прошлого года мною был издан указ об освобождении рабов, вступающий в силу сегодня. Увы! — печально вздохнул он. — У нас нет возможности претворить его в жизнь. Может ли мое слово освободить рабов, если я не способен обеспечить в мятежных штатах даже соблюдение Конституции. Мы столкнулись с ситуацией, когда против нас ополчился чуть ли не весь мир. Прошлым летом, когда Мак-Клеллана выбили из Ричмонда, я обещал, что, несмотря на неудачу, буду продолжать борьбу, пока не добьюсь победы, или не умру, или не истечет мой президентский срок, или народ и Конгресс не откажутся от меня. Джентльмены, на последних выборах народ высказал свое мнение. Страна отказалась от нас, и новый состав Конгресса будет не на нашей стороне. Даже не признавая себя побежденными, мы должны согласиться с тем, что подавить этот мятеж нам не под силу. Сегодня я объявляю о том, что принимаю предложение мятежников о перемирии и поручаю Государственному секретарю Сьюарду прибегнуть при ведении мирных переговоров к посредничеству иностранных государств. Джентльмены, — голос президента упал, — единой, неделимой страны под названием Соединенные Штаты больше не существует».
