Йен и Никки ещё долго беседовали о любви и о семье, о браке и о человеческих взаимоотношениях в целом. Йен был очень рад тому, что они с Никки сегодня не пошли в кафе: ему нужен был именно такой, тихий, уютный и тёплый, почти что семейный вечер. Он не сводил с Николь взгляд и чувствовал, как душа его наполняется невероятными чувствами: сладкого предвкушения чего-то — а чего — он и сам пока не знал, бесконечной радости от того, что в данный момент эта девушка находится рядом с ней и желания продлить это мгновение, ощущением гармонии и желанием обнять весь мир. «Диагноз» был очевиден — о нём Йен говорил сам пару часов назад, читая сонет Уильяма Шекспира. Трудно сказать, была ли это любовь — но это была, по крайней мере, влюблённость, и притом настолько сильная и головокружительная, что Йен с радостью поддался ей, устав от воспоминаний.
— Спасибо тебе за прекрасный вечер, — с улыбкой сказал Йен, когда, закинув грязную посуду в посудомоечную машину, они могли забыть о домашних хлопотах и перейти к вечернему отдыху.
— Я была рада провести его с тобой. Я, в свою очередь, уже не знаю, за что я могу благодарить тебя, — рассмеялась Никки. — Просто… Спасибо за то, что ты есть в моей жизни. Без тебя она потеряла бы краски и свет… И немного смысла.
Никки потянулась к Йену, чтобы обнять его. Он необычайно крепко прижал девушку к себе, так что она могла расслышать его сердцебиение, которое с каждой секундой становилось всё чаще. В этот момент она чувствовала себя такой защищённой, как никогда раньше. Вдруг Йен отстранился от Никки и взял её лицо в ладони, внимательно посмотрев в глаза. В следующее же мгновение, больше не в силах сдерживаться, Сомерхолдер впился в мягкие тёплые губы своей спутницы. Никки почувствовала, как в какой-то момент у неё перехватило дыхание, но прервать это мгновение она была не в силах. Одной рукой он смяла в руках футболку Йена сзади, а другой коснулась его щеки. Сомерхолдер на мгновение отстранился от девушки.
— Прошу, не останавливайся, — выдохнула она ему в губы, и Йену больше ничего было и не нужно. Он с нежностью покрывал влажными поцелуями плечи и шею своей спутницы, будучи не в силах оторваться от неё, чувствуя, как желание в нём разгорается с каждой секундой всё сильнее. Никки резким движением сорвала с мужчины футболку, отбросив её в сторону. В этот же момент Йен подхватил девушку на руки и, продолжая целовать в губы, унёс её в спальню.
На следующее утро Йена разбудил звонок в дверь. Спросонья он не понял, кто мог прийти к нему в столь ранний час, но, посмотрев на часы на экране своего мобильника, ужаснулся, вспомнив, что в 10 утра они с Ниной договаривались наедине отрепетировать одну из последних сцен пятого сезона: прощание Елены и Деймона. Совместные репетиции Нина и Йен даже после расставания устраивали довольно часто, так как вдвоём, без вмешательства посторонних, им было гораздо легче разобраться в особенностях отношений между их героями и понять, как всё это лучше показать на экране.
— Кто это? — сонно пробормотала Никки, до этого мирно посапывавшая на груди у Сомерхолдера.
— Я сейчас открою, — ответил он, поцеловав девушку в макушку и побежав одеваться.
Из разбросанной по квартире одежды он смог найти лишь джинсы. Тем временем звонок в дверь становился всё настойчивее, и Йену ничего не оставалось делать, кроме как встречать гостью одетым лишь по пояс.
Йен открыл дверь, но своим внешним видом Нину не удивил, так как Сомерхолдер часто просыпал по утрам, поэтому девушка подумала, что и в этот раз он, забыв о договорённости, проспал и просто не успел одеться. В общем-то, она была права.
— Привет, — непринуждённо сказала она. — Судя по твоему внешнему виду, я так понимаю, бесполезно спрашивать, помнишь ли ты о том, что мы договаривались сегодня порепетировать, — рассмеялась она.
— Доброе утро, — улыбнулся Йен. — Господи… Мне нереально стыдно, — сказал он. — Я действительно забыл обо всём на свете, как всегда, проспал… Нина, прости, пожалуйста. — Брюнет устало провёл рукой по лицу: перед Ниной ему действительно было неловко.
Йен хотел пригласить девушку в квартиру, но там была Никки, поэтому эта идея, конечно, была не самой лучшей.
— Смолдер, ты неисправим, — улыбнувшись, полушутливо закатила глаза Николина. — Ну что, тогда отрепетируем в гримёрке?
Йен хотел было согласиться и ещё раз извиниться перед коллегой, но в этот момент рядом с ним возникла Никки. На девушке, кроме белоснежной простыни, в которую она была укутана по грудь, ничего не было.
— Йен, а кто там… О, Нинс, привет, — увидев болгарку, Рид поздоровалась с ней необычайно будничным тоном, но при этом ехидно улыбнулась. — Что-то случилось?
Никки старалась выглядеть безразличной, но Йен, взглянув на неё, увидел, что она посматривает на Добрев сверху вниз, как бы празднуя победу — непонятно над чем и непонятно зачем.
В следующее же мгновение Нина изменилась в лице, хотя всегда умела скрывать эмоции от окружающих. В этот момент она почувствовала, что в душе её что-то оборвалось.
====== Глава 24 ======
