— Я не об этом, — улыбнулась Нина. — Здесь становится слишком шумно, — сказала она, услышав голоса ещё нескольких туристов, которые, кажется, находились у входа в пещеру. — А я хочу наслаждаться тобой в тишине, — выдохнула она Йену в губы.
— Мы найдём сотню таких мест, — улыбнувшись, пообещал Сомерхолдер, и ребята прошли по направлению к выходу из пещеры.
Во время своего пребывания в Бразилии Нина и Йен очень много гуляли по ярким шумным улицам Рио-де-Жанейро, знакомивших их со всем колоритом страны, в которой они гостили, под звуки национальных музыкальных инструментов — агого* и кашиши**, доносившихся со всех сторон и создававших неповторимую атмосферу вечного праздника. Ребята уходили из отеля в восьмом часу вечера, а возвращались зачастую только под утро, вдоволь нагулявшись и насладившись звуками самбы в местных барах, работавших всю ночь. Исключением не оказался и вечер перед их отлётом в Таиланд: Нина и Йен не смогли отказать себе в удовольствии прогуляться по набережной. Погода в тот вечер была необычной для солнечной Бразилии: небо было затянуто тучами, а на улице становилось очень душно, так что можно было предполагать, что к ночи начнётся ливень.
— Знаешь, я просто заворожена этой страной, — признавалась Нина Сомерхолдеру во время их последней прогулки по вечернему Рио. — Мы провели здесь всего неделю, но у меня такое ощущение, что я прожила здесь всю жизнь: всё кажется настолько знакомым и близким. Здесь живут такие лёгкие на подъём люди — постоянно улыбаются, не заморачиваются о пустяках, умеют получать удовольствие от каждой минуты. Знаешь, было здорово вернуться сюда ещё раз, но только с ребятами — Полом, Торри, Джо и Кэндис. Как тебе такая идея?
— Я только за, — поддержал Сомерхолдер. — Выбираться куда-то вместе у нас получается не так уж и часто.
Йен сделал небольшую паузу.
— Тебе грустно уезжать? — вдруг спросил он.
— И да, и нет, — ответила Нина. — С одной стороны, я бы с радостью провела в этой стране ещё недельку, но с другой, я понимаю, что впереди нас ждут незабываемые дни в не менее интересных странах. Я за разнообразие, — улыбнулась болгарка. — Слушай, — вдруг сказала она, взглянув на тёмно-серое небо, — мне кажется, нам лучше двинуться в сторону отеля. У нас с утра рейс, и если мы сейчас попадём под дождь, одежда попросту не успеет высохнуть.
— Пошли, — кивнул Йен. — Тем более, на меня уже что-то капает.
Природные явления — а особенно дождь — в Бразилии за считанные минуты могут достигнуть огромных масштабов. До отеля Нине и Йену было около десяти минут пешком, но даже прибавив шаг, дойти до него они не успели: начался тёплый, но сильный ливень.
— Побежали через пляж, там есть путь намного короче и народу меньше! — крикнул Сомерхолдер.
Нина последовала предложению Йена, и они, сняв шлёпанцы, побежали к пляжу. Чем сильнее расходился дождь, тем легче было пересекать пляж по песку: он становился менее рассыпчатым, поэтому ноги не проваливались в ямки. По лицу били крупные капли дождя, было очень душно, но почему-то в этот момент Йен и Нина ощущали невероятный восторг: будто бы снова вернулись в детство. Когда болгарка была рядом с этим человеком, похожих моментов такой простой радости у неё в жизни было очень много.
— Чёрт возьми, а это круто! — вдруг воскликнула Нина, остановившись и забрав назад мокрые волосы.
— Ты чего? — удивился Йен, подойдя к ней.
— Какой смысл бежать? Мы всё равно уже вымокли до нитки. И знаешь… Я никогда не купалась в одежде, да ещё и в дождь. Поэтому не вижу препятствий, чтобы попробовать, — улыбнулась она, потянув Сомерхолдера в воду.
Хоть Йен не планировал делать такой заплыв этим вечером, ощущения привели его в восторг: несмотря на то, что ливень был тёплым, он был намного холоднее, чем успевшая нагреться под палящим солнцем вода в океане, так что в сознании возникал некий диссонанс.
— Эй, ну что ты делаешь? — смеясь, спрашивал он. — Мы же не высушим одежду. Её даже нельзя будет положить в чемодан!
— Ну и чёрт с ней! — воскликнула Нина, зайдя поглубже и окатив брюнета волной брызг. — В Таиланде как-нибудь выстирается.
— Ты как ребёнок, — с улыбкой произнёс Сомерхолдер, но в этой фразе было столько теплоты и нежности, что она не звучала неодобрительно — скорее, даже наоборот.
— А это плохо?
— Это я в тебе и люблю, — сказал Йен, коснувшись губ Нины своими.
— Господи, Нина Добрев прыгает с утёса в озеро… — пробормотала Кэндис, услышав рассказ болгарки. — Два года назад я бы сказала, что это не ты.
— Спасибо Остину, — улыбнулась Нина. — Именно благодаря ему я всё-таки сумела побороть страх высоты. А вот тот самый утёс, — сказала она, показав девушкам несколько фотографий и селфи с Йеном, на которых обрыв был на заднем плане.
— Высоко, — покачала головой Торри.
— Нинс, вы просто молодцы, — с неподдельным восхищением сказала Аккола.
— Слушай, а как в итоге одежду после водных процедур в день перед отлётом сушили? — рассмеялась Кэт.
