А сам Адлер не дурак, нет, видел, что я сомневалась в его словах, но лишь смеялся надо мной, издевался, скакал вокруг, как чёрт, и наматывал на меня свои плети лжи и безумия. Он знал, что победит, знал, что достигнет цели любым способом. Обманщик, шут и хитрец – он смешивал всех с грязью, плевался чёрным юмором, уходил от ответа, возвышаясь на горе черепов, пил кровь и слепил своей яркостью, исходящей из самой глубины тьмы. Он предатель и лицемер, лживый король с собственным чёрным королевством, плотоядный двуглавый орёл – единственный в своём роде.
Но он – это я.
Адлер – это я.
Но так или это на самом деле? Неужели во мне столько зла и порочности? Неужели… это я
– Слишком много думаешь, – недовольно зацокал языком Адлер, качая головой. – Слишком много думать вредно.
– Ну да, ты-то этого делать не умеешь, – ядовито огрызнулась я.
– Сейчас я тебе кое-что покажу, – проигнорировал меня он и с воодушевлением посмотрел на чёрный портал, что появился прямо перед мордой кита.
Миг – и предчувствие чуда заполнило грудную клетку, как чернила окрашивали воду. Как при спуске горы на машине, мы влетели в портал: мягкий, чёрный, щекочущий кожу, но приятный – и вылетели уже в космосе. Бесконечный мёртвый океан окружал абсолютно со всех сторон: туманности «Розетка» и «Конус» находились так далеко от нас, но в то же время невообразимо близко: переливы красного и зелёного, жёлтого и рыжего, тёмно-синего и голубого – невероятная красота простилалась на сотни километров, одновременно умещаясь в нескольких сантиметрах моего мозга. Но сознание открывало передо мной вид поистине захватывающий: белые крапинки на чёрном фоне, словно мелкие веснушки на детских щеках, постепенно собирались и окутывались в настоящую гигантскую туманность, создавая вместе большие пёстрые ворохи космоса, точно разноцветные ткани смешались в непонятный кулёк. Невозможная магия творилась вокруг: яркие огни, звёзды, неизведанные планеты, туманности, галактики – необъятная Вселенная, а мы – в самом центре. И плыли прямо на спине задумчивого кита.
А ведь люди могли и не существовать. Наше существование просто необязательно для Вселенной. Мы – её наблюдатели. Но что наблюдали и для чего? Ведь Вселенная могла вполне легко обойтись и без нас. Но зачем-то же она создала нас, зачем-то же ей понадобились такие наблюдатели, как мы.
Мы существовали. Жили. Умирали. И наблюдали.
Может, кому-то просто нужно было, чтобы мы наблюдали? Но верить в Бога не хотелось. А искать смысл во всём этом – да, ещё как хотелось. Но мы просто жили на своей крошечной, по сравнению с Вселенной, планете, такой красивой и синей, величали себя царями природы, а на самом деле лишь загрязняли её, а дальше – космос. Дальше в мусоре потонет наша атмосфера, появятся кольца мусора, как у Сатурна, а потом – мы умрём и оставим после себя всё это железо. И если Земля когда-нибудь избавиться от всех человеческих деяний, то избавиться ли от них космос? «Мы отравили океан, мы сожгли и распахали дикие леса, мы умудрились испортить даже погоду! И всё это ради современного образа жизни, не так ли? Восемь миллиардов психически больных уродов, выращенных на средствах массовой информации», – вспомнила я слова Брюса Стерлинга и вздрогнула. Красота космоса внезапно показалась мне пугающей: а если кто-то жил там, далеко-далеко, то как он воспримет человечество? И захочет ли его уничтожить, узнав, как мы безжалостно убивали то, что нас породило?
– Как думаешь, мы одни во Вселенной? – тихо спросила я, наклонившись к плечу Адлера и заметив, что он ничем не пах, как и всё вокруг. И даже я.
– Мы явно не одни во Вселенной, – затараторил вдруг он, переделывая хвост из своих двухцветных волос. – Либо какая-то цивилизация уже давно вымерла, либо ещё только развивается. Либо же они слишком умны, и мы кажемся для них примитивной формой жизни, которая не может принять своих же сородичей, и тем более которые не готовы к встрече с другой цивилизацией. Либо же они глупее нас и ещё даже не начали поиски. В любом случае, те сигналы, которые мы посылаем в космос, это пустая трата времени. Отправлять наши радиоволны и послания в двоичной системе так опрометчиво и самонадеянно, словно другая цивилизация обязана знать наш «язык». Их приборы могут просто не улавливать наши сигналы, как и наши могут не улавливать их. Однако зная то, что Вселенную называют бесконечной, что говорит о её неимоверном масштабе, очень самоуверенно думать, что мы одни.
– Сказал самоуверенный тип, – до сих пор не доверяя ему и общаясь с ним грубо, сказала я, хотя была согласна с его словами, которые, к моему удивлению, полностью совпадали с тем, как я думала на самом деле.
Адлер хихикнул:
– Конечно, ведь я – это ты. Очень многие мои суждения совпадают с твоими собственными.
Какие бы двоякие ощущения я бы ни испытала, я не стала ничего говорить по этому поводу и сменила тему:
