Им было хорошо вдвоем, тут никаких возражений у него определенно не было, но ему все время чего-то не хватало. Она не вела себя как Лилит. Пусть внешность у них почти идентичная, но она была абсолютно другой. Её характер более жесткий, более грубый, не было этой ауры беззащитности и хрупкости, что была у Лилит. С одной стороны это было интересно, непривычно, возникал азарт хищника. А смогу ли загнать эту жертву? А получится ли убить? От таких вопросов кровь закипала. Но с другой — это грозит большими неприятностями. А если она сможет дать отпор? А если она вырвется и донесет полиции? Да даже если все с убийством пройдет гладко, он так или иначе все равно попадет под подозрение. Слишком рискованно. Нужно продумать ее убийство более основательно.
— Ну, много там еще? — ноющим тоном спросил Ли.
— Вроде… — Бастер вертел схему в руках и перепроверял все ли верно, и только убедившись окончательно, ответил. — Да, точно. Можно запускать.
— Чудненько.
Ли чуть ли не вприпрыжку подбежал к пледу, завалился на него, схватил пиво. За ним подтянулся Бастер, скромно ухватив один бутерброд и выпивку.
— Может, все-таки позовем его? Неудобно как-то, — сказал Ли.
— Нет, не стоит, — ответил Дэн. — Как отбабахает, он сам к нам придет.
Все молчаливо кивнули в знак согласия.
— Ну что? Тогда запускаем? — радостно спросил Ли и, увидев повторный кивок от остальных, поджог фитиль.
Зашипев, огонек побежал по фитилю и вскоре разошелся в разные стороны. Шипение вмиг усилилось, один за другим начали взлетать к небу снаряды. Зиу-у… Пуф…Зиу-у…Пуф. Небо окрасилось в мириады красок. Сначала в зеленый, потом резко в фиолетовый, затем желтый, красный, белый…
Она прижалась к нему слишком сильно. Все ее тело дрожало. Оторвав на миг свой взгляд от неба, он перевел его на нее и увидел, как медленно по щеке катится у нее слеза.
— Оли…
— Ничего, все хорошо, — сказав, она утерла слезу и выдавила из себя улыбку. — Просто подумала о сестре.
Сам по себе в голове возник образ Лилит. Ее ослепительная улыбка, почти детская радость, звонкий смех, способный заглушить и фейерверк. Вот она смотрит на него, как обычно лукаво щуря глаза, он притягивает ее к себе за талию, целует в мягкие нежные губы, опускаясь одной рукой чуть ниже талии, а другую запускает в волосы, нежно массируя. Едва слышный стон удовольствия срывается с ее губ, поцелуи спускаются ниже к шее и проходят к уху. Он знает, что тело ее трепещет от его прикосновений, покрывается мурашками и дрожит. Дыхание учащается, она наполняется желанием, как и он.
— Лил… — начали шептать его губы.
— Э! — прервал их Ли, несильно стукнув по затылку Дэна. — Вы тут, вообще-то, не одни! Уединитесь сначала!
Возвращение в реальность, как всегда, прошло болезненно. Нет больше Лилит, перед ним — Оливия. Он забылся всего на минуту. «Чуть не прокололся! Да так глупо! Она слышала?». Она смотрела на него, недоумевающе хлопая глазами. «Слышала или нет?».
— Что… ты только что хотел сказать?
— Что? Ты о чем?
— Сейчас только что… ты…
— Да я вроде ничего не говорил. Может, из-за салюта тебе показалось?
— Н-наверно, — ее голос странно дрожал.
«Даже если она слышала, даже если поняла, это не доказательство. Мало ли какие фетиши у людей. Разве так странно, что молодой парень нафантазировал себе молодую актрису, о которой узнал из новостей? Не паникуй!» — успокаивал он себя. Ее имя в новостях сейчас не редкость, но до этого он говорил, что их не смотрит. Можно, конечно, сказать, что он увидел репортаж после. И все равно это как-то нескладно получается. Неправильно. Нелогично. Она может что-то заподозрить.
Фейерверк закончился. Темнота резко ослепила. Он старался усиленно делать вид, что ничего не произошло — открыл новую бутылку пива, взял немного еды, но руки предательски дрожали. И чем усерднее он пытался унять дрожь, тем она становилась сильнее. Его сводили с ума мысли о том, что она могла все понять. А если его волнение со стороны хорошо видно? Что если она пойдет и сдаст его полиции? В голове появилась четкая сцена, как его мордой в асфальт кладут полицейские, как звонко защелкиваются наручники на его запястьях, как его запирают за железными прутьями. Страх сковал все тело так, что даже дышать выходило с трудом.
— Как-то темновато, не считаете? — протянул Ли. — Давайте хоть костер обратно разожжём?
— Да, сейчас разожгу, — сказал Дэн, приложив немыслимые усилия над тем, чтобы голос не дрогнул.
Перед фейерверком они его потушили, чтобы лучше было видно сам фейерверк. Дэн встал на ватных ногах и, дойдя до костра, принялся поджигать зажигалкой сухую хворостинку, что нашел рядом. Дрожащими руками делать это непросто, но с третьей попытки у него получилось. Постепенно, потрескивая и извиваясь, огонь набирал силу, становясь ярче. Лица его товарищей, и в том числе Оливии, сидящих на расстеленном пледе, осветились теплым уютным светом.
— Ребят, вы с фейерверками все? — раздался голос вдалеке.
— Да, подходи уже. Если не поторопишься, Якуб все сожрет за тебя, — ответил Бастер.
