Я тут же выключаю телефон и хмурюсь. Мне ни за что не удастся убедить кого-либо, что между нами ничего не было. Они никогда не перестанут нас доставать,
никогда не отступят, пока... Я не знаю. Мы попробуем, или что-то в этом роде. Но я
слишком эмоционально истощен, чтобы обдумывать такую отталкивающую идею, поэтому откладываю ее в долгий ящик.
Мне холодно, у меня похмелье и я промозг, и это отстой.
Пока я иду, я стараюсь не думать о прошлой ночи. Несмотря на то, что произошло, мне было весело. Нечасто мне удается провести столько времени со своими
друзьями - в частности, с Андре. Он всегда завален домашними заданиями по AP и
заседаниями студенческого совета, являясь вице-президентом вместе с президентом
Ханной Кацуки. Они - влиятельная и самая занятая пара школы Делридж, так что
пообщаться с ними не так-то просто.
Не то чтобы мой собственный график хоть как-то помогал. Единственный человек, у которого, кажется, есть целая вечность свободного времени, - это Присси Принц, и он - последний, с кем бы я хотел пообщаться один на один, пока Андре возит
брата на игры по лакроссу или Ханна работает волонтером в центре софтбола
Малой лиги, пока у команды старших классов перерыв.
Дело в том, что даже если мои воспоминания о вечеринке не очень яркие, те
моменты, которые я помню, теплые и наполненные смехом.
Все могло бы быть идеально, если бы я не вернулся в комнату Дилана.
Мой дом небольшой, одно окно заклеено скотчем. Цвет потускнел, дерево
покоробилось, на крыше не хватает черепицы, крыльцо сгнило, а лужайка заросла
сорняками. Если бы у меня было время, я бы, наверное, мог сделать больше, чтобы
дом не выглядел как ремонтная мастерская.
Я встряхиваю плечами, делаю глубокий вдох и поднимаю подбородок. Р
Я захожу внутрь, где меня встречает ужасающий вид моей сестры, бьющей
футбольным мячом по стеклянной двери.
«Эй!» - рычу я.
Она визжит и кружится, ее каштановые волосы разлетаются по лицу. «Джо-Джо!»
Она невинно улыбается. Несколько лет назад это срабатывало, но сейчас ей
двенадцать - самый зрелый возраст для потери пухлых щечек и детского удивления, так что она уже не такая милая, как кажется.
«Микайла», - мрачно говорю я.
«Привет, мой брат». Она смотрит на мою мокрую одежду.
«Я даже не могу позволить себе починить окно», - огрызаюсь я, снимая ботинки.
«Что мне делать, если ты разобьешь всю дверь?»
«Я была нежной! И... Эм...» Ее серые глаза обшаривают потолок, в поисках
оправдания. «Мне нужна тренировка, а ты не разрешаешь мне пинаться на заднем
дворе, когда тебя нет дома...»
«У тебя ведь есть настоящие тренировки?» спрашиваю я, потирая лоб. «Где Лили?»
«В нашей комнате».
«А папа?» Я оглядываюсь по сторонам. Он всегда оставляет следы, когда приходит
- жгучий запах виски, растаявший лед на стойке, крышки от бутылок. Сейчас от
него не осталось и следа.
Мик ерзает, и я вижу, что на ее лице написана правда. От этого зрелища у меня
сводит желудок.
«Ты сказала мне, что он вернулся домой вчера вечером», - резко говорю я.
«Я не хотела портить тебе веселье!»
«Миссис Грин оставила тебя здесь одну?» требую я. Это пожилая женщина, которая
живет через дорогу и присматривает за Миком и Лили, чтобы сбежать от своего
сварливого мужа. Обычно она не уходит домой, пока я не приду ее сменить.
«Я... сказала ей, что папа написал мне, что он в пяти минутах ходьбы, и сказал, что
она может идти домой». Мик смотрит куда угодно, только не в мои глаза.
Хотя я промок до костей, я опускаюсь на диван. Кровь поднимается к вискам, усиливая головную боль. «Ты не можешь оставаться здесь наедине с Лили», -
говорю я, выравнивая голос. В обычной ситуации я бы не смог, но Режим взрослого
наделяет меня силой самообладания. «А что, если кто-то вломится?»
«Что, если?» - требует она. «Не то чтобы папа что-то сделал».
«Микайла».
Мой строгий голос заставляет слезы блестеть на ее ресницах. «Прости. Я просто...
Джона, я действительно не хотела, чтобы ты возвращался домой».
Она маленькая зануда. Я люблю ее до смерти. «Хей», - говорю я, поднимая ее
подбородок и заставляя встретиться со мной взглядом. «Спасибо. Но ты ведь
понимаешь, почему тебе нужно быть честной? Я должен знать, что могу доверять
твоему слову».
Ее нижняя губа дрожит, но она прикусывает ее и кивает.
«Мне нужно собираться на работу». Хотя все тело болит от похмелья, я
поднимаюсь с дивана. «Мисс Харрис заберет тебя в час дня на игру в «Куполе».
Убедись, что Лили взяла с собой книжку-раскраску».
«Не волнуйся, Джо-Джо». Она упирает большой палец в грудь. «Я самый взрослый
человек из всех, кого ты знаешь. Я справлюсь с этим».
«Это говорит девушка, использующая стеклянную дверь как футбольную сетку». Я
снова осматриваю дом, оценивая ущерб. Подставка для ног дивана все еще застряла
в своем обычном положении - наполовину вверх, наполовину вниз. Кухня
захламлена тарелками, но ничего неуправляемого. «Положи полотенца на диван, ладно? Я хочу, чтобы отпечаток задницы исчез».
«Это ты везде капаешь дождем!» - шипит она, но все равно идет на кухню.