— Дед… успокойся! Аберфорт не мой приспешник, и перестань его бить, — остановил старика Арктурус.
— Тц… Ну когда станет трупом, точно станет приспешником, — ухмыльнулся старик, глядя на возмущённое лицо внука. — Ладно, так уж и быть. Но я взращу манеры в этом сосунке, иначе имя мне не…
Хлоп!
Старик исчез, не закончив фразу.
— Друг, — я посмотрел на Арктуруса с налитыми кровью глазами. — Не хочешь объяснить, что за старый хрыч меня колошматит? — на моём лице появилась кривая улыбка, пока я сокращал дистанцию.
Бам!
АААА! Да хватит меня бить!
Старик снова появился, мерзко усмехаясь, — Я же говорил: «ма-не-ры», молодой человек!
Чёрт! Что вообще происходит⁈
Именно с такой ноты началось моё летнее путешествие.
Как-то так, довольно сумбурно и немного неожиданно, я впервые познакомился со знаменитым безумием Блэков, о котором говорил каждый второй человек, как о семейной черте этого рода. Правда, увидеть его мне удалось только в одном члене семейства, но ещё не вечер, и многое может измениться.
После того как старый хрыч продолжил меня донимать, потихоньку собрались и другие члены семьи Блэк.
О каждом стоит рассказать отдельно.
Первым и уже знакомым мне был Финеас Найджелус Блэк — директор Хогвартса и мой учитель; всё такой же скупой на слова и эмоции, с лицом-кирпичом, каким я его запомнил. Он никогда не был яркой личностью, но одним взглядом мог пробрать до костей.
Вторым знакомым мне человеком оказался Арктурус Блэк — мой однокурсник и друг; шебутной паренёк, порой, правда, чересчур, но в целом хороший малый. Любит пошутить, но не ведёт себя как центр вселенной; воспитан, хотя иногда в нём проскальзывали черты его любимого деда.
Далее — старпер по имени Сигнус Блэк, отец Финеаса и дед Арктуруса. Выглядел он откровенно плохо: бледная кожа, пропитанная трупным запахом, глаза с желтоватым отливом, а улыбка, появлявшаяся на его лице, была откровенно мерзкой. От неё у меня по коже бегали мурашки, поэтому я старался избегать моментов, когда дед улыбался. Он постоянно бормотал себе под нос, крутился вокруг Арктуруса и докучал каждому, на кого падал его взгляд.
Следующей в списке была мать Арктуруса — Урсула Блэк, урождённая Флинт. Женщина строгая, но милая, крайне сдержанная. Рост — около ста шестидесяти пяти — ста семидесяти сантиметров, но благодаря прямой осанке казалась выше. Лицо слегка округлое, движения — как подобает аристократке: аккуратные, с грацией и элегантностью. По первому впечатлению, сказать о ней что-то плохое я не мог, да и во внешности ничего особенного не выделялось. Тёмные волосы цвета воронова крыла, голубые глаза, маленькие уши и нос чуть больше среднего, с лёгкой горбинкой.
И последний член семьи Блэк, присоединившийся к нашей поездке, — малышка Бельвина Блэк. Родилась в тысяча восемьсот восемьдесят шестом году и была на два года младше меня, то есть ровесницей моей сестры. Сейчас она — звезда, но, увы, не в хорошем смысле: наглая, высокомерная, грубая и помешанная на превосходстве чистокровных над всеми. Считала себя уникальной, сильной и вообще лучшей.
Увидев такой контраст, я сразу обратился к другу за подробностями: почему так вышло и что вызвало столь негативную реакцию на меня и сестру. Арктурус ответил скупо, явно нехотя. Что-то связанное с семьёй и его старшим братом. Бельвина была с ним очень близка, но брат что-то сделал не так, и всё закончилось полным разрывом отношений в семье, а также переменой в самой Бельвине, которая души не чаяла в нём.
Подробностей выяснить не удалось, а мои надежды на хорошую подругу для сестры рухнули. Ясно было одно: произошли серьёзные семейные разборки, после которых брат либо сам отрёкся от семьи, либо от него отреклись. А это в свою очередь сильно травмировало маленькую Бельвину.
Далее начались проблемы в Министерстве имя которых: бюрократия. Случилось это из-за портключей, а если говорить конкретнее, то из-за разных законов по поводу путешествий между странами. Дело в том, что портключ для путешествия в другую страну создаётся принимающей стороной, а обратный — со стороны Англии. Время сейчас специфическое: нет объединённых государств, вследствие чего никто не хочет давать инструменты вторжение в другое государство. В этом мире еще не было всемирных войн, что могли бы дать урок и толкнуть социальную революцию, вследствие которой разные нации пойдут на сближение и обмен традициями и человеческими ресурсами.
