После того случая он решил, что его стабилизирует женитьба. И скоро марш Мендельсона связал его жесткими экономическими обязательствами с двадцатилетней красавицей, которая через три месяца родила ему дочку. Ее папа был каким-то навороченным политтехнологом – Артем благоговел перед подобными типами. Но большой дружной семьи не получилось. Ребенку исполнилось не больше года, когда его мама попала в аварию и выбила лицом лобовое стекло. Ей наложили 23 шва, обещали через полгода сделать какую-то чудо-пластику, но Артем все равно стал отдаляться и по три дня не ночевал дома. Наверное, он искал поводы для развода, но все получилось не так, как он хотел. Она сама подала на расторжение брака, взыскание алиментов, раздел имущества, а папа спустил на его фирму УБЭП, прокуратуру и налоговую. Артем даже не подозревал, что у него такие связи. Его чудом не посадили, но отлаженный бизнес пошел под откос. Спасло отсутствие у следствия опыта работы по «Форексу» и прокурорское прошлое Теминого адвоката.
Артем уже собирался искать работу по своей основной специальности гинеколога, но ему помог Дэн. Зачем и как – неизвестно, но постепенно к Пухову возвращался лоск и нахальная усмешка баловня судьбы. И вот год назад, когда я тешил свою лень дома на диване, по одному из местных телеканалов возник Артем, представленный как «доктор Пухов, специалист по лечению алкогольной и наркотической зависимости». Уронив вилку на пол, я услышал, что доктор Пухов уже пятнадцать лет занимается уникальными разработками в этой области и является одним из ведущих мировых экспертов. Ну и, конечно, «добро пожаловать в центр доктора Пухова на Васильевском».
При каждой встрече Артем напоминал, что однажды его батя пробил консультацию у одного «сердечного» профессора для моей мамы, и попросил сделать с ним интервью. «С портретом», – уточнил доктор.
Сбежав с корпоратива, я приехал по оставленному Артемом адресу на 12-ю линию, но обнаружил там казенного вида психоневрологическую клинику Минздрава. Над обшарпанной ведомственной табличкой переливалось радужными цветами «Клиника доктора Пухова. Алкостоп круглосуточно», а восемь окон первого этажа с новыми стеклопакетами выделялись на фоне старых бесцветных рам. Тот же контраст внутри: крытые зеленой краской стены больницы и модный бирюзовый кафель частного центра. Девушка в таком же бирюзовом халате подскочила при моем появлении.
– Вы Егор Романович?
– Да, но вы можете называть меня просто «любимый».
Она провела меня в кабинет Артема – небольшой, от души обставленный добротной итальянской мебелью. Со стены на меня смотрел портрет премьер-министра Путина, а не физиолога Павлова, как можно было бы ожидать. Тощая бледная фигурка Пухова утопала в неадекватной величины кресле. Он разговаривал по телефону и кивнул мне на кожаный диван. «Ничего страшного, Дарья Филипповна, сейчас к 16 годам многие опохмеляются перед уроками. Приходите завтра к полудню», – он положил трубку.
– Здорово, брателло, – Артем порывисто вскочил, приобнял меня и сказал секретарше, выглянув из-за моего плеча, – Аннушка, построгай нам чего-нибудь.
Он плюхнулся на кожаный уголок и притянул к нам столик.
– Вот так, видишь, приподнялся, – развел он руками по сторонам, хотя я даже не спросил его «как дела?». – А еще говорят, от алкоголиков нет никакого толка.
– Ничего, что я без халата? – подколол я.
– Да ладно, тут какой-нибудь ВИП-клиент обязательно раз в месяц наблюет. Такая специфика работы, – Артем потянулся к бару. – Ну что, ударим стаканом по запою. Ты же не хочешь безразвратно потерять вечер? А как, кстати, твой Масик? Общаетесь?
Вопрос был непраздный: все мои товарищи смотрели на Масика как семь старцев на Сусанну у купальни. Это льстило моему животному самолюбию. Даже когда она докладывала, что сегодня очередной мой друг шевелил ей задницу во время танца, я не чувствовал физиологической потребности разбить ему лицо. «Роняйте слюни, животные» – я стремительно уходил вперед на трассе наших сотканных из зависти гонок жизни.
– Видимся раз в недельку, – соврал я. – Но жениться я уже не планирую. Я же хозяин своего слова: как сделал предложение, так его и отозвал.
В кабинет вошла ухоженная брюнетка с лицом выжидающего сфинкса и покорно поставила перед Пуховым нарезку из каких-то мясных деликатесов.
– Наполовину гречанка, – доверительно сообщил Пухов, как только дверь закрылась. – Пёр ее четыре раза.
– А чего не больше? – спросил я. – Красивая вроде девка.
– No woman no cry, – пропел Артем, поднимая бокал с коньяком. – Мужчины делятся на успешных, здоровых, обаятельных и тех, кто подумывает о женитьбе. Давай, чтобы у наших детей были богатые родители
Я подумал, что он, наверное, врет, так же как и я. Поэтому и решил под видом интервью подвинуть тему поближе к его личности.
– И чего тебя людей спасать потянуло? Ты же хотел крупным биржевиком стать.
