В это время Миша Оладин (сейчас Михаил Викторович) работник областной администрации, молодой и перспективный с дипломом гневливо взирал на пятнышко служебного стола: дорогого и нового (уборщицу надо выкинуть). Он сразу поверил в свою звезду. Кто сказал, что «счас все по блату», из поселка «Коськино», карьера к нему скакнула, удача и талант выбрали его. Учился на пятерки, ребенок не обременял — неплохая женитьба: с квартирой и теща всегда стояла на страже дочери (тоже хваткой). В деле воспитания ребенка, потом другого: вся забота на теще. Познакомился или кто то познакомил, с депутатом: для чего «мантулить» в конторе за гроши (не каждый так умеет) и стал его помощником незаменимым — это ступенька в светлое будущее, затем сразу назначение в обладминистрацию на немаленькую должность (практический опыт не нужен), конечно благодаря своим достоинствам (дружба с народными избранниками — великая вещь: без куска хлеба с маслом не останешься). Через тещу (то же непростая и очень активная, но уже не у дел) организовалась дружба детей с детьми местного олигарха — хорошо, что ровесники: прокрутили все через детские утренники и давнюю дружбу тетушек — спецоперации отдыхают (ай да молодец теща: сеть старых подруг работает безотказно, потом правда теща плохо кончит, но это потом). Дураки и неудачники пусть завидуют — это талант. Кличку: «мальчик 10 процентов» (от откатов — слова этого тогда еще не знали)» он получит позже в средствах массовой информации, когда попадется на взятке: листки газеты оперативно и бесплатно лежали на проходной завода и контор (конкуренты постарались), потом остался на плаву (почти, как в фильме «Офицеры»: есть такая профессия Родиной управлять), при неплохой должности и да же без конфискации (законы к слугам народа были демократичнее), но это позже, после короткой отсидки и через немного лет — спасибо амнистии. Спецлужбы не отдыхали, но для простого гражданина, тайны «Мадридского двора» были не понятны — брали одних, потом вдруг отпускали, и почему то других не трогали (клейма ставить некуда): в новых временах службы работали по новому.
— Нет, эту поломойку надо выкинуть, стара. — думал Миша (И правда: отбор в администрацию ли, банки… уборщиц ничем не хуже спецслужб, только дурак думает — случайных людей нет, хоть с пятью дипломами). Впереди ждало много дел на благо родины: одних документов целая куча, где росчерк пера, его Миши, решит остановить или направить финансовый поток (ручеек), конечно все не бесконтрольно, а с одобрения и по совету старших товарищей, и конечно покровителя. «Какая хорошая команда — слаженная и деловая»: любили говорить на корпоративах и рабочих встречах в кабинетах — разницы никакой не было (и тут, и там в основном одни и те же лица: элита и новая движущая сила страны).
— Выплеснулась мне удача..
Стану я еще богаче..
— И с небоскреба … кабинета …
Стану я плевать при этом …
— Не хочу я быть народом..
Найду себе я кукловода …
— Не скажу сей час народу..
Сам хочу быть кукловодом …
— Сверху мне всегда все видно:
… ругается и копошиться быдло…
За окнами служебных небоскребов (может не таких, как в Америке, но то же высоточки: неплохие и обновленные после ремонтов и реконструкций) служивый люд важно вываливался из своих иномарок (все патриоты и болеют за Россию) и вальяжно, или наоборот лихорадочно в зависимости от положения дел и опасности шествовали, или бежали в служебные лифты к своим сотам — конторам, кабинетам и залам заседаний. Почти, как в муравейнике …
— Мы ребята молодцы..
Выстроим себе дворцы..
Всей чиновной братии …
В эпоху демократии..
….
— Газ и нефть есть по стране…
по приемлемой цене…
Куплю себе я остров…
мне это сделать просто…
— куплю себе я виллу …
Парень я не хилый…
— куплю себе, что захочу …
Мне это будет по плечу…
— куплю себе фамильный склеп…
Чтоб враг от зависти ослеп…
— очень я себя люблю …
Что захочу, то и куплю …
С ресурсами природными…
На денежки народные…
…
— победи сей час врага…
Получишь долю пирога…
…
Ну а быдло и народ…
Пусть свой подожмет живот…
Граждане попроще — пешеходы, перелезая через кучи наваленного снега на обочине, все таки, выползая на центральные улицы, как на выставке посещали гипермаркеты, но покупали мало: цены кусались и дальше двигались по своим делам.
Надька из старого района давно стала центровой. Свое «босоногое детство» и прежнее местожительство вспоминать не любила, квартирку ближе к центру купила сама: друг «дорогой» помог. Для полного счастья пока не хватало законного мужа со статусом, «быдло» и работяги не интересовали.
