Почти весь следующий час брюнет провёл, общаясь с той, чья помощь была так необходима, ведь Билли – единственная кому он мог довериться в нынешней ситуации. К тому времени как вернулась Вермут-младшая, Алекс узнал много нового, ведь чтобы узнать нужные ответы, необходимо уметь задавать правильные вопросы, а благодаря недавнему откровению шатенки наёмник прекрасно знал, какими именно они должны быть. Однако самое главное так и осталось для него неизвестным. Над этим он и размышлял, сидя в кресле с чашкой чёрного кофе в руках, когда входная дверь номера отворилась, впуская вернувшуюся девушку.
– Доброе утро, – уголки губ Картера приподнялись в намёке на улыбку.
– Доброе, – выдавила из себя подобие доброжелательности шатенка.
После вчерашнего обилия слёз, Веронике и вовсе не хотелось возвращаться, поэтому она пробыла на улице довольно долго, выматывая себя до предела, пока не закололо в боку настолько сильно, что дальнейшее движение давалось с трудом.
– Присоединишься? – брюнет указал в сторону подноса с едой на невысоком столике поблизости.
– Да, спасибо, – кивнула девушка, делая шаг по направлению к ванной.
– Прямо сейчас, – мягко, но настойчиво пресёк попытку к бегству Алекс.
Вероника замерла на секунду, после чего тяжело выдохнула. Взгляд серых глаз напряжённо блуждал по мужскому лицу, пытаясь уловить хоть что-то, кроме выражения беззаботной доброжелательности. Безрезультатно. Что казалось очень подозрительным. Как и то, что продолжение вчерашнего допроса не последовало даже тогда, когда Вермут-младшая послушно дошла до столика, опустилась в кресло напротив Картера, подняла большую белую кружку свежесваренного латте с миндальным сиропом, сделала несколько глотков, храня абсолютное молчание, пока брюнет с видимым удовольствием наблюдал за ней. Очень внимательно наблюдал. Словно каждый совершённый девушкой жест о чём-то рассказывал ему. И судя по тому, как с каждой секундой улыбка Алекса становилась всё более и более явной, – информации поступало много.
Сконцентрировав внимание на собеседнике, девушка не сразу поняла, что именно пьёт. А когда поняла… не смогла поверить в то, что совпадение случайно.
– Что ещё ты успел узнать? – горько ухмыльнувшись, поинтересовалась Вероника. – А главное… как много народу теперь ещё, наряду с тобой, в курсе моих пристрастий и скелетов в шкафу?
Улыбка на губах мужчины померкла в одного мгновение.
– Как правило, я не наступаю на одни и те же грабли повторно, Ники, – тихо и вкрадчиво ответил Алекс. – Исходя из того, что глава службы безопасности Варгаса с лёгкостью получил доступ к тому, что происходит в рамках SL Protection Services, а уровень, на котором подавались данные, не доступен даже для сотрудников высшего приоритета, успел усвоить, что стоит пользоваться иными методами. Та, с кем я общался в последние сутки, не входит в штат предприятия. Можно сказать, Билли – мой личный резерв, и то, над чем она работает, никогда не выйдет за пределы намеченных границ. Так что можешь не беспокоиться насчёт того, когда мои недавние открытия дойдут до кого-либо ещё.
Девушка нервно поджала губы, гипнотизируя взглядом кружку в своих руках.
– Не веришь, – устало хмыкнул брюнет.
– Хотела бы, но… к иному не привыкла, – безучастно отозвалась Вероника.
– И не ждал от тебя другого, – вновь улыбнулся Алекс.
Оставшееся время раннего завтрака прошло в полном молчании, и только перед тем, как закрыть за собой дверь ванной комнаты, девушка тихо поинтересовалась:
– Почему тогда ты не воспользовался её услугами сразу?
– Методы, которыми она пользуется… не совсем законны, – усмехнулся мужчина в ответ, – но в нынешних условиях это малосущественно.
Шатенка рассеянно кивнула, а затем скрылась за дверями, закрывшись на замок. Спустя двадцать минут, когда Вероника вернулась, облачённая в джинсы и белую рубашку, заправленную под ярко-красный лакированный ремень, оказалось, что все её вещи, прежде разбросанные повсюду, отсутствовали, а рядом с вновь сидящим в кресле Александром покоились обе их дорожные сумки, набитые до отказа.
– Мы уезжаем прямо сейчас? – взгляд серых глаз растерянно прошёлся по комнате в надежде найти хоть малейший признак того, что Вермут-младшая ошиблась.
– А что, тебя что-то держит здесь? – мягко, но оттого не менее ехидно, поинтересовался Алекс.
– Нет, – нахмурилась девушка, размышляя о том, что замшевые ботильоны, которые она собиралась надеть прежде, также упакованы, и теперь придётся довольствоваться кроссовками, в которых выбиралась на пробежку.
– Значит, уезжаем прямо сейчас, – едва заметно ухмыльнулся Алекс, поднимая с пола общий багаж, – а то там, наверное, ещё один из смертников тебя уже заждался.
Шатенка в который раз нервно поджала губы, но отпускать комментарии не решилась. Как и поинтересоваться тем, почему Алекс, прекрасно понимая, что будет дальше, добровольно согласился помочь. И только когда Mercedes свернул на загородной трассе в иную сторону, нежели предполагалось, девушка решилась нарушить молчание.
– Разве мы едем не в Нью-Йорк?
