прожектора. Вперед выбежала худенькая девушка с «хлопушкой» и
протороторила.
- «Что получится», сцена первая, дубль первый.
Раздался хлопок, и режиссер снова крикнул в мегафон.
- Экшен! Танки пошли!
Воздух сотрясся от гула дизельных двигателей и грохота бронетехники.
Небо заволокло густым, черным дымом. Все присутствующие на площадке
закашлялись. Бондаргек ухмыльнулся и продолжил отдавать команды.
- Хорошо! Теперь дети! Запускаем школьников!
Перед камерой промаршировал небольшой отряд пионеров-карликов с
барабанами и горном.
- Камера на девочку! На ту, что упала! Не поднимайте ее, пусть топчут,
так больше драматизма! Хорошо! Теперь кошка!
Девушка-декоратор принесла откуда-то вздыбленное животное, которое
располосовало ей весь латексный костюм, и бросила его под ноги пионерам.
Рыжая бестия зашипела на камеру и припустила по полю в направлении
танков, которые дали залп. Земля содрогнулась.
- Отлично! – радовался режиссер. – Теперь рыцари! Раз есть замок, то и
они должны быть! Снега побольше!
Громыхая бутафорскими доспехами протопали представители
Тевтонского ордена. Свиньей, как положено, распевая песню про Августина.
Оленька через голову оператора бросала муку, изображая метель.
Над съемочной площадкой появился алеющий закат, а на небо выползла
луна, но скрылась за березой. Бондаргек рассвирепел.
- Эй, в танках, жахните по ней, чтоб экспозицию не портила!
Прозвучал залп. Взрывом дерево подняло аж на десять метров, и оно
рухнуло прямо у ног оператора, обдав всю съемочную группу волной земли,
заляпав 3D камеру.
- Отлично! Пошли уланы! – крикнул деятель киноиндустрии. – Где уланы,
мать вашу?!
Никто не ответил. Голоса смолкли, и только рев бронемашин разлетался
по округе. Режиссер посмотрел на декоратора, нахмурил одну бровь, поднес
громкоговоритель к губам и прорычал.
- Стоп камера! – потом опустил мегафон и спросил. – Я не понял, уланы
где?
Девушка испуганно стала озираться по сторонам, ища поддержки у коллег
по искусству. Но все отвернулись и потупили взоры, водя носками ботинок
по траве. Бондаргек снова поднял громкоговоритель и прокричал
декоратору в ухо.
- Где уланы?! Где, мать вашу?!
Бедняжка потрясла пальцем в ухе.
- Это не ко мне, а к ответственному за массовку. Я специалист по
неодушевленным предметам, Феодор Сергеевич, а его уже второй день нет. Я
одна не справляюсь.
- Хорошо, хрен с ней, с кавалерией, - режиссер устало опустился в кресло.
