Когда есть такие примеры, грех им не следовать.
Спустя час все гости выставки столпились у одного единственного экспоната,
который до сих пор оставался скрытым под белоснежной тканью. Неизвестный
«шедевр» искусства был высотой около полутора метров в высоту и столько же в
ширину. И сверху и снизу он обдувался ледяными потоками воздуха,
исторгаемыми четырьмя кондиционерами. Люди растирали себя ладонями,
пытаясь согреться, и задавали друг другу один вопрос: что это?
К экспонату подошел Никас Сауронов и поспешил успокоить публику.
- Сейчас мы сможем лицезреть сей шедевр, хоть он и не заявлен на участие.
Что ж, дамы и господа, вуаля!
Он самолично схватил простыню за край и с силой дернул. Ткань зашелестела,
словно миллионны бабочек захлопали своим крылышками, и опустилась на
паркетный пол. Наступила гробовая тишина, но лишь на миг. Затем раздался звон
разбивающихся бокалов. Осколки стекла и брызги шампанского разлетелись по
сторонам. Следом присутствующие услышали слабые вскрики и звуки падения.
Увиденное впечатлило и Клязьминскую с Ркацетелли, и Мавсисяна с
Шершавиным. Все четверо развались на полу, лишившись сознания. Глаза
посетителей выставки смотрели на ужасающую статую, раскинувшую руки в
стороны, выполненную из частей человеческого тела.
На постаменте, где стояла страшная скульптура, имелась табличка, гласящая:
Граф Воронцов
«Абсолютно зло».
- Кто-нибудь, позвоните в полицию! – прозвучал истерический вопль
«светской львицы» Ксении Колчак, которая снимала все происходящее на камеру
своего нового мобильного телефона.
.
Там же.
15 Строчка из стихотворения К. Чуковского «У меня зазвонил телефон».
12 часов 00 минут.
.
Полицейские машины с воем сирен и визгом тормозов замерли перед входом в
выставочный центр «Пивбаза». Капитан Воронцов выскочил из служебного
«Форда» и влетел внутрь, расталкивая локтями обескураженных посетителей.
Первой под руку разъяренному следователю попалась хозяика центра.
- Кто ответственный за прием экспонатов? – Воронцов приготовил бланк
протокола допроса и протянул его констеблю, не отступавшему ни на шаг.
- Сторож Кузьмич, - ответила «фарфоровая» брюнетка. – Он сейчас пьяный в
подсобке валяется. Ужрался халявным шампанским, скотина. Камер
видеонаблюдения у нас нет. Не знаю чем и помочь. Все привезли сегодня ночью,
а кто и что доставил, я понятия не имею, скорее всего, каждый автор лично свой
шедевр. Грузчики из наемных азиатов. Теперь их не найдешь.
Виктор чертыхнулся, отослал констебля снимать показания остальных
свидетелей происшествия и снова посмотрел на скульптуру и лежащую рядом
видеокассету.
«Франкенштейн».16
«Я-то думал ты художник, а оказалось просто позер! – Воронцов усмехнулся. –
Я посмотрел фильм с Ламбертом. Чувак
ты? Разменялся на банальный конструктор. Даже искать тебя теперь противно.
Прав Воображенский, ты простой мясник».
- Констебль!
Юноша материализовался, как сивка-бурка, только что не заржал.
- Слушаю, вашбродь!
- Будет тебе, Максим, задание крайней важности. Крутись, как хочешь, но
достань мне адрес, откуда привезли эту «красоту», - капитан махнул на статую. –
16 «Франкенштейн» - фильм, снятый по роману Мэри Шелли, с Робертом Де Ниро в роли
монстра.
Обзвони все службы доставки, прокаты машин, но добудь мне адрес! Не мог же
он ее так по городу катить. Усек?
- Так точно, вашбродь! – ударил каблуками констебль.
- И перестань «бродькать», не нравиться мне, - сурово сказал следователь. – Я
не белогвардеец какой-то, а офицер сыска, наш, современный. Обращайся ко мне
по имени-отчеству, ну, или, на крайней случай, господин капитан.17
Юноша исчез так же быстро, как и появился. За спиной раздались чеканные
шаги, и Воронцов обернулся. Через весь зал к нему приближались Жеглов,
одетый по форме, и Зотов в синих джинсах, сером свитере и кроссовках. Они о
чем-то переговаривались. Журналист направил камеру перед собой и щелкнул
затвором. Аппарат зажужжал.
- Что тут у тебя? – спросил генерал, подойдя к «смертельному» экспонату,
воскликнул от удивления и перекрестился. – Нихера себе!
- Вот это да! – присвистнул Зотов, делая снимки с разных ракурсов. – Надеюсь,
вы уже отобрали фотоаппараты у других представителей прессы. У меня должен
быть эксклюзив!
Сотрудники сыска молча взирали на статую.
- Жутковато, - буркнул в усы Жеглов. – Прямо, творение доктора
Франкенштейна! Его, кстати, тоже Виктором звали…
«Они, бляха муха, издеваются?!».
Воронцов надел резиновые перчатки и стал тщательно сматривать скульптуру
маньяка.
- Грубый шов. Нить капроновая. Слушайте, мне одному кажется, или сиськи
маленькие? – Он ткнул пальцем в грудь отрубленного женского туловища. – Если
это Сисинович, то должны быть больше, или я ошибаюсь? Тут явно пятый номер,
а не шестой.
Генерал и журналист всмотрелись.
