Абсолютное зло полностью

оплатить покупку новых гусениц для танков и колготок для солдат срочной

службы. Приметы нападавших мы сообщили кому следует.

Корреспондент: - А куда ваш подзащитный все время уезжает?

Четвертый раз за последний час?

Адвокат: - Канарейку кормить.

Корреспондент: - А почему все свидетели по делу умерли?

Адвокат: - Такая сейчас экологическая обстановка в стране. И вообще, суд

нам поверил и снял все обвинения».

- Вы только посмотрите! – воскликнул Жеглов, залпом осушив полкружки пива

и утирая усы от пены. – Насели на офицера, он родину защищает не покладая рук.

Я так думаю.

- Ага. С утра до ночи! – вставил Зотов, опуская на стол пустую тару и

подмигивая Воронцову.

Капитан безразлично пожал плечами, допил свое пиво, щелкнул пальцами и

привычным движением велел официантке повторить заказ. Тем временем на

экране картинка сменилась. Теперь ведущий-мужчина затараторил, нацепив

дежурную улыбку.

«Международный Олимпийский Комитет объявил конкурс на лучший

сценарий зажжения олимпийского огня на будущих играх в Америке. За

последние сутки далеко в отрыв ушел житель деревни Дрочево, что во

Владимирской губернии Русландии. Двенадцатилетний Егор Бубнов (имя и

фамилия изменены) предложил воспользоваться для зажжения огня

межконтинентальной баллистической ракетой класса «Земля-Земля». План

мальчика за первые сутки набрал уже четыре миллиарда «лайков» в онлайн-

голосовании. Жители Америки, почему-то, возмущены, а самому автору

скандального проекта угрожают судом и обвинением по статье «Подготовка

теракта».

Грудастая официантка Гретта, чистокровная немка из-под Харькова, поставила

на стол еще три кружки «Баварского» и, получив от Воронцова заказ на бутылку

виски и яблоко, удалилась, виляя бедрами. Генерал поправил аксельбант,

закрутил усы и поднялся из-за стола, чтобы произнести тост.

- Дамы и господа! – обратился он к посетителям кабака. – За Государя-

батюшку, да хранит его Создатель!

- За Императора! – в один голос сказали все присутствующие, встали, выпили и

затянули a cappella традиционную «Аве Сюзерен».

.

Там же.

16 часов 00 минут.

.

Кабак сотрясался от хлопков в ладоши, чьего-то ужасающего вокала,

переходящего в ультразвук, и гомерического хохота. Кое-кто из посетителей,

держась друг за друга, орали в караоке песню Бухачевой про айсберг. Некоторые

водили хоровод в центре зала вокруг пьяного в хламину Зотова, который пытался

танцевать «Яблочко». Остальные окружили сдвинутые к окну столы и радостно

вопили.

На импровизированном постаменте, в клубах сигаретного дыма, лежала

обнаженная официантка Гретта, прикрывая лобок листьями салата. Ее соски были

спрятаны под дольками лимона, а по животу текли прозрачные струйки текилы,

которую плеснул в стопку Воронцов.

- Давай, Егорыч! – кричал Виктор, обнимая какого-то мужика в ливрее. – Пей!

Генерал, потерявший в пьяном угаре форменный китель, оттягивал подтяжки и

громко чихал, приближая организм, медленно, но верно, к алкогольной коме.

- Да не могу я, Викторыч! У меня жена и внуки. Апчхи! Не люблю я все эти

буржуйские напитки. Мне водочка милее и ближе. Апчхи!

- Пей! Пей! – загорланили ему в ухо собравшиеся рядом.

Жеглов повел шеей, расстегнул воротник рубашки и тяжело вздохнул. Заложив

руки за спину, генерал склонился над официанткой, слизал с живота красотки

пропитанную текилой соль, зажал стопку губами и резко выпрямился,

опрокидывая кактусовую самогонку внутрь. Капитан подбежал к шефу и

похлопал его по плечу.

- А теперь немедленно вот эту штучку! – Он указал на лимон, прикрывавший

сосок официантки. – И попробуйте сказать, что это не вкусно!

Жеглов исполнил просьбу, прослезился и стал жадно глотать воздух.