- Ну, не знаю, - Жеглов закрутил ус. – Я не силен в трупах и грудях мертвецов,
но, скорей всего, они сдулись от потери крови. Усохли, так сказать. Тьфу, нашел
время о сиськах думать! Пораскинь лучше мозгами, как этого выродка найти.
17 После Февральской революции 1917 года приказом Петроградского Совета рабочих и
солдатских депутатов отменили обращение к офицерам с применением титулов «Ваше
благородие», «Ваше превосходительство» и др.
Зотов осмотрел скульптуру со всех сторон, сделал еще несколько снимков и
убрал камеру в кофр.
- А представьте, что она сейчас оживет и пойдет по улицам. Вот жесть будет! Я
бы статью сделал убойную:
Глеб Егорович посмотрел на журналиста с ухмылкой.
- У нас половина страны зомби. А уж в Имперском собрании… Мировая
медицина не всесильна, а наша, вообще, бессильна. При отсечении головы мозг
умирает. Не может человек жить с мертвым мозгом, как бы этого не хотелось.
Да…
Журналист поправил очки в роговой оправе и откинул назад волосы, которые
лезли в глаза.
- Но Ромати это как-то удавалось!
И генерал, и капитан мгновенно оценили шутку. И хоть это казалось
неуместным, но не смогли сдержаться и разразились громким хохотом.
- Судя по твоей логике, Володя, - Воронцов утер слезы, - Его останки могут
спокойно гастролировать по стране и собирать стадионы!
- Посмеялись и будет! – Жеглов снял фуражку, промокнул носовым платком
взмокшую лысину и водрузил головной убор на место. – Что делать-то? Если не
найдем этого упыря, мне Государь такое устроит! Отправит гребцом на
единственный авианосец.
Журналист сделал еще один снимок, захватив в кадр и статую, и капитана.
- Вам это ничего не напоминает? – спросил он. – Делаю намек: связано с
религией.
- Ага, - сыщик потер нос. – О том, что если я не раскрою это дело, то на моей
карьере в сыске будет поставлен крест! Я в последнее время только об этом и
думаю. Хрен забудешь.
Генерал снова обратился к своему подчиненному.
- Делать что будем?
Виктор кашлянул в кулак и опять посмотрел на статую.
- Честно скажу – не знаю. Никаких идей. Егорыч, давай, я подумаю об этом
завтра. Сейчас плохо соображаю. Тошно мне, давно не оказывался в такой
заднице. Похоже, это мой первый «висяк», да еще прогремевший на всю страну.
Наш неизвестный не похож ни на одного маньяка, я всех уже перебрал.
Креативный тип. Други, а не выпить ли нам по рюмашке? Для лучшей работы
мозга? Тем более, сегодня четвертое воскресенье месяца, выходной, как-никак.
Жеглов повел шеей до хруста в позвонках и посмотрел на журналиста.
- Заметьте, не я это предложил! Прошу занести это в протокол.
.
Кабак «Шалаш в заливе».
15 часов 00 минут.
.
На огромном плазменном экране шел очередной выпуск новостей. Ведущая
«Первейшего канала» в голубом платье с большим декольте просвещала
население страны о происходящих в мире и Русландии событиях.
- Меня бы тоже возбудило наличие нескольких миллиардов империалов! –
воскликнула официантка в бурке и буденовке, разносящая пиво. – Как только о
деньгах думаю, у меня тут же соски набухают. Столько «бабла» украл, и все как с
гуся вода!
Возле барной стойки сидел старик в костюме от псевдо-дизаинера Киры
Пластилининой и пытался подцепить вилкой вареник с черной икрой. Он
хмыкнул и задумчиво произнес.
- А у меня соседку вчера посадили на пять лет. Ей не хватило пенсии, чтоб за
горячую воду заплатить… Я хотел ей помочь, но у несчастной старушки не
нашлось сдачи с тысячи евро.
Грудастая девица поставила поднос с кружками на стол, за которым ожидали
свой заказ Жеглов, Воронцов и Зотов. Те сидели с умным видом и таращились в
экран.
