Траонт улыбается, чтобы попробовать доказать самому себе, что он — не боится. Потому что бояться для сына короля — позор. А что может быть хуже позора? Ничего. Джулия так говорила. И она, наверное, была права. Только вот жить Теодору хотелось ещё больше, чем жить достойно. Вряд ли это можно было считать точкой зрения, достойной настоящего дворянина, но мужчина ничего не мог с собой поделать. Пожалуй, он был трусом. Нет, не так. Он именно трусом и являлся. И никем другим.
— Не беспокойтесь, я не попрошу у вас ничего неприличного! — смеётся хозяин дома. — Я не такой, каким вы меня нафантазировали, Ваша Светлость!
Теодор молчит. Он просто не знает, что сказать этому человеку. Все знали его только под прозвищем. «Барон». Это не было его титулом. Он, вообще, не был дворянином. Выходец из семьи какого-то обедневшего купца. Траонту становилось только досаднее от осознания этого — какой-то мещанин смел командовать им! Это было настолько противно…
— Вы учились магии, граф, — задумчиво произносит «барон». — Я хочу знать, что означают слова «второй обрывок раскаяния» в третьей главе первой Священной книги. Я уже не раз вижу и слышу эти слова. Что они означают?
Теодор ахает от удивления. Конечно, он когда-то проходил это на уроках богословия, но это были его самые нелюбимые уроки, потому что на них нужно было сидеть смирно и просто слушать. Разве могли непоседливому ребёнку они нравиться? Но что такое «обрывок раскаяния» Траонт смутно помнил. Он тогда сам обратился к Джулии за объяснением.
— Вторая фаза Пророчества, — говорит мужчина тихо, — включающая в себя раскаяние Блудницы и досаду Избранной.
«Барон» удивлённо смотрит на него. Кажется, он ожидал услышать что-то другое. Или просто сам не знал, чего ожидать от ответа. Граф сам не вполне понимал Пророчество, с его Блудницами, Избранными, Безумцами и Несчастными. Тот, кто писал это, скорее всего, был не в здравом уме, но учителя в Академиях магии почему-то считали, что юные волшебники обязательно должны были знать это. А вторая фаза этого Пророчества не могла не казаться странной.
— И что это означает?
Теодор пожимает плечами. Как будто кто-то мог ответить на этот вопрос?! Едва ли даже священнослужители могли ответить на это. Фигуры, данные в Пророчестве, были слишком абстрактны. Джулия как-то сказала, что всё это будет скорее похоже на стечение обстоятельств. Блудница — да сколько таких женщин?! В общем-то, и герцогиню Траонт при желании можно было так обозвать. Избранной же почему-то считалась его дочь, Мария, но и это вполне могло тоже оказаться неверно. «Часть мира, рождённая в другом»? Но не одна же она родилась в другом мире! Та же Роза, тоже дочь Кассандры, родилась на Земле, как и Мария, и тоже, наверняка, имела какую-то магическую силу. Теодору до сих пор было интересно, куда могла деться эта девчонка. Кесс следила за ней не хуже, чем следили когда-то за ней самой по приказу её отца. Траонту было немного жаль Генриха. Он не был виноват в ни в чём из того, что происходило в его королевстве, разве что в том, что был слишком мягок и не мог справиться с этим сразу, как сделал бы их отец, его, Генриха, Джулии и Теодора.
Иногда графу Траонту казалось, что Мария была похожа на своего деда-короля. На того, кто по материнской линии являлся ей прадедом. Брак Теодора и Кассандры никогда бы не допустили. Их отношения были кровосмесительными, а это был грех даже больший, чем брак дворянки с простолюдином. Наверное, поэтому Кесс так пыталась задвинуть старшую дочь на задний план. Только вот Мария не была похожа на неё. Да даже от Джулии у неё было больше, чем от матери! И как же Теодор надеялся, что она, эта девочка, не окажется Избранной из Пророчества. Он не хотел этого. Не хотел…
— Кровавые знаки и у той, и у другой, — произносит Траонт. — Но какими они будут, и что будут означать, нам не объясняли.
Хозяин дома встаёт с кресла и подходит к окну. Давно уже он пытался расшифровать Пророчество, но ничего не получалось, как он ни старался. Ни малейшей зацепки. Просто бессмысленный текст на древнем языке. Что именно имела в виду его мать, когда говорила, что именно в этих текстах можно найти то, что изменит жизни всех людей в этом мире?
Что именно?
***
