Закусив губу, она смотрела вперед, пока через двадцать минут не решила, что выдержит и прыгнула в озеро. Боль была ужасной и на скалу, где неподвижно лежал напарник, Ева вылезала, шипя от боли, но увидев Алекса забыла о своих проблемах. Его состояние оказалось гораздо хуже, чем виделось издалека – энергия, содержащаяся в кислоте, не просто сожгла кожу, но подавляла его источник и заблокировала восстановительные процессы.
Несмотря на обширные знания, Ева не знала, что делать. В панике она высыпала на парня остатки пыльцы, но раны лишь немного побледнели, а он сам в сознание так и не пришел.
Тогда она перевернула его, положила руки на грудь и попыталась передать энергию напрямую в источник так, как она это делала в последние дни, тренируясь на камнях.
Это был отчаянный шаг! Плоть – не камни и что угодно могло пойти не так, однако энергия – это единственное, что могло помочь и если раненый ее не получит, то просто умрет.
Ева направила энергетический поток из своего резерва через руки в солнечное сплетение напарника. Сначала ничего не получалось, но в какой-то момент их источники срезонировали, и энергия потекла через ее руки.
Клетки тут же стали жадно ее поглощать и это запустило процесс восстановления. Увы, запас Евы был слишком мал для полной регенерации, однако ее помощь стала той каплей, которая переломила ситуацию и выдернула Алекса из состояния полутрупа. Он неожиданно вздохнул и открыл глаза.
Его глаза были повреждены, но левый зрачок каким-то чудом разглядел Еву.
– Спасибо, – прошептали распухшие губы.
– Ты как? – плачущим голосом спросила она.
– Еще жив…
Напарница что-то говорила, но он не слушал. Избыток вокруг подсказал, что Ева использовала всю пыльцу. А раз так, то нужно воспользоваться моментом. Обидно будет снова грохнуться в обморок и помереть.
Насос потянул энергию. Как только она пошла по каналам, Алекс закольцевал поток внутри тела, так же как при переходе на новый уровень. Постепенно шаг за шагом, он убирал из поля внимания все лишнее: сидящую рядом Еву, прикосновение камня к обожженной коже, тихие всплески воды, запахи озера и прочие сенсорные ощущения, пока не осталось лишь движения энергии внутри тела.
В основе развития матриц лежало не только воображение, но и ощущения. И сейчас они были даже более важны, чем все остальное. Это был якорь, за который можно уцепиться и в течение двух часов Алекс удерживал концентрацию на потоке энергии, с каждой минутой все сильнее погружался в себя. Постепенно концентрация вытеснила боль на периферию восприятия, и она больше не нарушала спокойствие и сосредоточенность.
Минул следующий час, затем еще… Пыльца давно испарилась, но охотник этого не замечал, как и того, что старая кожа потихоньку сменяется розовой кожицей. Через несколько часов он открыл глаза. К зрачкам вернулась возможность видеть. Затуманенный взор упал на Еву. Девушка заметила движение его головы, встрепенулась и что-то сказала. Но он был настолько истощен и физически, и морально, что не мог ее понять, поэтому машинально кивнул, лег на камень и мгновенно отрубился.
Алекс спал и его никто не беспокоил. Враги также тихо дремали. Огромный монстр еще некоторое время следил за озером, прислушивался к плеску воды, которая шептала ему, что все в порядке, а затем и сам впал в спячку.
Левиафана не заботили вторженцы – он вообще не умел беспокоиться, а лишь реагировал на видимую угрозу. Хотя какая из людей угроза?! Так… ерунда – люди для озерного гиганта были не страшнее комара, которого можно отогнать взмахом руки, и он посчитал, что надоедливая букашка уже умерла, а ее энергия растворилась в воде родового гнезда.
Наконец, монстр окончательно затих. Зеленоватая, чуть светящаяся вода, медленно двигалась в сторону огромной подземной реки. Туман плавно поднимался к невидимому потолку. Над озером установилась тишина и покой.
Не спала только Ева. Она не боялась возмездия монстра, справедливо посчитав, что если бы крюгер их заметил, то давно убил бы. Ее волновали лишь раны напарника, но увидев, что он спокойно дышит, она перестала суетиться и сосредоточилась на резонансе между источниками.
Чувство это не было огромной редкостью, особенно между близкими людьми. Это не тот резонанс, что возникал в бою между монстром и человеком, когда импульс энергии переходит от побежденного к победителю. Тут взаимодействие проходило на значительно более тонком уровне, и скорее подходило для передачи знаний, обучения, или для совместных переживаний.
Ева положила голову Алекса себе на бедро, а свою руку на его солнечное сплетение. Она не знала, что делать, поэтому следовала инстинктам. Резонанс снова открыл прямой канал передачи от источника к источнику, и как только у нее появлялась хоть капля энергии, девушка отдавала ее…
Очнувшись, Алекс не сразу понял, где оказался. В тело впивались изгибы твердой скалы, а вот голова удобно устроилась на теплом женском бедре. Воспоминания о вчерашней схватке возвращались с трудом.
Ева заметила его пробуждение, обрадовалась и тихо спросила:
– Как ты себя чувствуешь?
– Отвратительно, – просипел он.
