– Все просто. Когда она проникла в учебный центр, то ходила больше суток с печатью запрета на руке, и никто ничего не заметил.
– Вы хотите сказать, что Лилия Цветкова…
– У нас нет точной информации, – поспешил смягчить обстановку глава спецов, но на этот раз Седов перебил даже своего начальника:
– Такая вероятность существует. Мы до сих пор не знаем, как они обманывают. Возможный ключ к разгадке погиб при пожаре, и Нойманн пытается все восстановить. Вернее, один из возможных ключей.
Леонид посмотрел на Лилю как ученый, присмотревший идеальную мышь для эксперимента.
Девушка не понимала, что делать. Ни одному человеку за столом не было интересно ее мнение. Разве что Светлана готова была слушать, но ее голос не имел веса. Спецы просто приняли как факт безумную теорию Леонида и теперь решали, как поступить.
– И что вы хотите, Леонид? – голос Светланы дрогнул. Седов впервые напрягся, крепко сцепил пальцы, переглянулся с коллегами и проговорил:
– Полиграф.
– Вы с ума сошли! – Светлана опешила. – Это же дикость! Это же…
– Это необходимо! – отрезал Леонид. – Чтобы не произошло того же, что и с Ирмой Дэй.
Лиля отшатнулась.
Про «полиграф» – не привычный детектор лжи, а изобретение «Ока» – она слышала лишь однажды, на лекции по истории на последнем курсе. Это был прибор, позволявший добраться до глубинных воспоминаний человека. Его создатели отчаянно пытались обойти непреложный закон контракта, по которому при расторжении охотник терял память, а все данные о нем стирались. Кроме той информации, которую охотник записывал собственной рукой на бумаге. С помощью прибора исследователи пытались вернуть воспоминания хотя бы частично.
По крайней мере, так писали в учебниках. Но теперь, глядя, как начальство обсуждает «полиграф», Лиля поняла, что с этим прибором все далеко не так просто.
Запаниковав, девушка выпалила:
– Я расскажу сама!
Охотники замерли и синхронно посмотрели на Лилю. Что-то странное читалось в их взглядах. Недоверие? Удивление?
– Я действительно солгала, думала, что смогу все исправить, и я не долечила Ди… Дмитрия и…
– Лилия Витальевна, хватит! – резко перебил Леонид. Он смерил девушку раздраженным взглядом, тщетно пытаясь что-то увидеть.
– Мы знаем, что вы скажете. Ваша легенда никого не разжалобит…
Он сглотнул, ладони сжались в кулаки.
– Но это правда! – Лиля вскочила, и тут же – Седов. Девушка не видела искры на кончиках пальцев, но поняла, какой знак приготовил спец – телекинез. От спокойствия мужчины не осталось и следа. Высокий Седов буквально навис над девушкой и медленно проговорил:
– Достаточно.
– Вы не даете мне и рта раскрыть, – Лиля вцепилась в край стола.
– Думаете, на жалобную речь о том, как вы «испугались и растерялись», кто-то купится?! – Леонид буквально навалился на стол. – Или полагаете, что раз удалось манипулировать напарником, то и другие?..
– Леонид Игнатьевич, Лилия Витальевна, прекратите! – гаркнул главный спец.
Открылась дверь, и в зал влетел Сергей Игоревич. За его спиной стоял Валер. Начальник взмок, тяжело дышал. В руках бережно сжимал папку с водяными разводами.
– Добрый вечер.
Лиля, опомнившись, села на место. Леонид также отступил, но медленнее.
– Не ожидал, что так далеко все зайдет, – хмуро проговорил Сергей Игоревич.
Мужчина подошел к столу, ничего не сказав Лиле, Леонида же смерил недовольным взглядом. Охотник положил на стол папку и заговорил с начальником спецов.
– Это что получается, Антон Юрьевич? Почему твои сотрудники устраивают какие-то эксперименты? Почему позволили аддикту обратиться и отправить моего оперативника на больничную койку?
– Леонид прибыл на место после обращения, он ничего не мог сделать, – вступился Антон, но Сергей Игоревич покачал головой:
– А если я скажу, что у меня есть свидетель? Что твоих ребят видели до происшествия, но они вместо содействия уехали?
Антон покосился на Леонида, а тот, осторожно, – в сторону Валера.
– Это не отменяет того, что мы здесь из-за Цветковой…
– Антон, – несмотря на то что Сергей Игоревич стал говорить тише, Лиля все же расслышала: – Хочешь сказать, что двадцатилетняя девчонка, которая на обучение попала со школьной скамьи, не могла перепугаться и по незнанию скрыть связь?
Сергей Игоревич кинул выразительный взгляд на Лилю, девушка потупилась.
– Пожар вы назовете совпадением? – попытался вступиться Леонид, но на этот раз Антон Юрьевич не позволил сотруднику вмешиваться.
– Она сама могла сгореть, вытаскивая аналитика, делавшего, к слову, работу для вас.
– А Серебров? – Антон сменил тон. Теперь Лиля была уверена, что начальники хорошо друг друга знали.
– Думаю, он сам все расскажет, когда придет в себя. Но я не вижу ничего странного в его поведении. Помочь напарнице, отделаться малой ложью. Особенно после того, что случилось с Киреевым. Это стремление защитить не кажется странным.
