Хотелось плакать, но в глазах не было ни слезинки, только горло противно сдавило. Хотелось закричать, но не могла выдавить ни звука. Цветкова запустила пальцы в волосы.
Лиля не искала себе оправдания – его не было, просто хотелось, чтобы рядом оказался близкий человек. Хотелось услышать знакомый голос, ощутить прикосновение теплых рук… но вокруг – лишь проклятая тишина.
До сих пор девушка помнила тишину палаты, безразличные глаза врачей и телефон, молчавший сутки напролет.
И вдруг Лиля осознала, ясно и четко: вот так все может закончиться. Что, если с ней разорвут контракт? Тогда она вернется… а куда ей возвращаться? В обычную жизнь, с троечным аттестатом за девять классов и справкой. Как положено, последние пять лет сотрутся из памяти. Цветкова не вспомнит ни об «Оке», ни о Диме, ни о подругах и коллегах, ни о… Борисе Сереброве.
Когда-то давно девушке рассказали, что бывшим охотникам снится прежняя жизнь.
Вот так будет и с ней. Днем будет торговать вместе с матерью в ближайшем магазине, а по ночам видеть мори и вечно гнаться за чем-то, чего никогда не вернуть.
Из груди вырвался тихий всхлип. Лиля до боли укусила палец, чтобы не разрыдаться.
Никого. Даже ее саму.
Скрип открывающейся двери вернул Лилю в реальный мир. Девушка подскочила, ожидая увидеть спецов, но, когда зашел Валер с пакетом в руках, отвернулась.
– Добрый… вечер, – пробормотала Лиля, сжимая в кулак руку с укушенным пальцем.
– Добрый, – пробормотал мужчина. Он пересек комнату и кинул пакет перед Лилей. Девушка даже не посмотрела на мужчину.
– Это сухая одежда, – голос Валера звучал хрипловато и неожиданно по-отечески заботливо. – Катерина помогла с размером, вроде должно подойти.
Он склонился над ней, коснулся наручников, тихий щелчок – и они раскрылись.
– Переодевайся и пойдем, я подожду за дверью.
Лиля потерла запястья, нахмурившись.
– Куда? – осмелилась спросить девушка.
– В малый зал на минус первом. Тебя уже ждут.
– А Сергей Игоревич?..
Валер промолчал, и Лиля тяжело вздохнула.
– Не раскисай. Я понимаю, тебе очень плохо, но нужно собраться, – он осторожно похлопал девушку по плечу. – Так что давай.
– X… хорошо, – Лиля пыталась, звучать бодро, но голос предательски дрогнул. Охотник кивнул.
– Подождите, Валер, а как… – но Лиля не договорила – за спиной громко хлопнула дверь.
– Боря…
Внутри пакета оказалась серая форма. Такую же она носила во время учебы. Лиля понимала, это просто совпадение, что под рукой ничего подходящего не оказалось, но…
Переодевшись, Цветкова не спешила выходить, а медленно прохаживалась туда-сюда, меряя шагами комнату. Ждала, когда терпение Валера иссякнет и он позовет. Опять удушливая волна страха. Девушка засунула руки в карманы кофты, пытаясь успокоиться, и нащупала кусок бумажки. Послание, написанное мелким почерком.
«Сереброву лучше! Он будет в порядке. Держись!»
Глаза увлажнились, в груди разлилось тепло. Лиля невольно улыбнулась.
Прижав к себе бумажку, как сокровище, Лиля тихо выдохнула.
Спрятав записку, Лиля подошла к двери, потянулась к ручке и, набравшись смелости, вышла.
Девушка следовала за своим «конвоиром» по полутемному коридору. Здание опустело. Несмотря на теплую одежду, было холодно.
Валер заговорил, только когда они вошли в лифт.
На этот раз голос прозвучал спокойно, как у учителя, который дает последние советы перед экзаменом.
– Веди себя тихо. Никаких эмоциональных выкриков, истерик. Спросят – отвечай по существу, без воды. И еще…
Валер протянул руку и посмотрел на карман девушки. Лиля застыла.
– Будет хуже, если найдут они, – сказал мужчина, и Цветкова покорно протянула смятый кусок бумажки, который тут же исчез в кармане охотника.
– Будь очень осторожна, – добавил он. – Одно неверное движение – и Седов вцепится в тебя волчьей хваткой. Не давай ему повода.
Лиля послушно кивнула.
