– Потому что, Катенька, – ответил Валер, – это была настоящая секта с промывкой мозгов и крайне заманчивыми идеями о сверхчеловеке, которые до сих пор могут оказать влияние на неокрепший детский мозг. Да и не только детский.
Мужчина помолчал, будто выбирал, что стоит рассказывать, и продолжил:
– Иен Джонс вернулся со Второй мировой аддиктом. Аддиктом, который понял, что с ним что-то не так. Скорее всего, он и выжил благодаря этому. В течение десяти лет Джонс собирал вокруг себя единомышленников, затем пережил обращение и после этого создал подобие религии. Свой храм. Последователи Джонса убеждали окружающих, что внутри каждого человека скрыт «дар» – его истинная сущность, – но люди, как водится, слепы.
– И в НДЕ, конечно же, обещали всем прозрение, – мрачно пробормотал Артур.
– И как доказательство показывали настоящие «чудеса». Ревенанты, в отличие от охотников, контрактом не связаны.
– НДЕ – это от Near Death Experience – околосмертный опыт? – уточнил Артур. – Это не из-за… стадии кризалиса?
– Стадия превращения аддикта в мори, – расшифровала Вика, на что Катя одарила ее скептичным взглядом – они все это проходили, еще когда учились вместе. Вика ничего не заметила, так как история НДЕ полностью ее захватила: – Они наблюдали обращение людей?
– Они нарочно обращали их. Считали, что ревенант – истинная форма человека. Позже от охотников переняли термин «имаго», – объяснил Валер.
– Но ведь не все могут это пережить, – ужаснулась Вика.
– Конечно. Более того, некоторые ревенанты умеют управлять мори, аддиктами, даже себе подобными. Это практически послушная тебе армия. И не стоит думать, что лидеры НДЕ страдали излишками человеколюбия. У них были свои цели. Охотники же представляли для них в равной степени и интерес, и угрозу. Пока интерес перевешивал – они плели хитрые планы, но, почувствовав опасность, попытались уничтожить. К счастью, им это не удалось.
– Но при чем здесь Лиля? – нахмурилась Катя.
– Ирма Дэй, – пробормотала Цветкова. В голове словно собрались кусочки пазла. – Он решил, что я такая же, как Ирма Дэй. Ревенант, внедрившийся в «Око», способный замаскироваться под охотника?
За столом повисло тягостное молчание, и лишь Артур удивленно посмотрел на девушку. Лиля заметила в его глазах странную настороженность, будто она коснулась темы, которой не стоило.
– Получается, НДЕ не уничтожили до конца? Раз они живы и могут совершать подобное? – насторожилась Катя.
– Единственной спасшейся была Ирма Дэй, но, как я говорил, ее больше нет. Седов, скорее всего, считает, что Ирма была не единственной из эндэешников, кто выжил, – ответил Валер.
– Цветкова, – начал Артур, – с чего ты взяла про маскировку?
– Седов говорил, что Дэй проходила с печатью на руке сутки и никто ничего не заподозрил. Ты делал работу для спецотдела. Тогда в машине рассказал, что занимаешься маскировкой. Вот как-то и сложилось, – пожала плечами девушка.
Лиля закрыла глаза и устало откинулась на спинку дивана.
– Если это выйдет за пределы комнаты, понимаешь, что тогда будет? – девушка услышала взволнованный голос Артура.
– О чем вы? – встрепенулась Катя.
– Может, не стоит… – попытался уговорить подруг Артур.
– Стоит… – выдохнула Вика. – А если Седов не ошибся? Что, если враг среди нас? Я немного помогла Артуру с бумагами. Он выяснил кое-что… Есть особый вид ревенантов, они способны вызывать подобие агнозии у человека. Лицевой, слуховой – все вместе. То есть в глазах жертвы такой ревенант будет восприниматься, как ему заблагорассудится. Он способен менять облик, не физически, но окружающие будут воспринимать его как другого человека. Идеальная маскировка.
– Ты серьезно? – Катя опешила. – Значит, эти существа не только беспринципные хитрые манипуляторы, так еще и могут превращаться в любого? А что, если он среди нас? Сидит, наблюдает, смеется над нашими выводами?
– Катенька, не надо драматизировать, – начал было Валер. – Я же сказал, Ирма Дэй мертва. Дело закрыто. Через неделю, когда закончат расследование, все это прекратится, и каждый, участвовавший в этом фарсе, получит по шее. В той или иной степени.
– Да к черту их! Не бывает столько совпадений! Что, если этот твой Седов действительно что-то нарыл и теперь это что-то всеми силами старается сбить его со следа?
– Хочешь устроить тест? – уточнил Валер.
– А почему бы и нет? У спецов же должен быть способ проверки? Чеснок, ультрафиолет, серебро? – в голосе стажерки слышался вызов.
– Есть, – отрезал Валер. – Например, ревенанты не умеют пользоваться знаками. В целом их «дар» сильно отличается от силы охотника.
Катя посмотрела на пустой бокал и, начертив знак, подвинула ближе к наставнику. Валер, вздохнув, повторил фокус – стакан оказался перед Киром. Охотник замялся, дотронувшись до руки в лангете.
– У меня левой как-то не очень… – пробормотал он.
