Адель поспала больше шести часов, но проснулась измученная и разбитая. У нее едва хватало сил что бы встать и выйти на улицу. Заметив это, все хлопоты по сборам взял на себя Л-Иль. Несмотря на то что за последние двое суток он и часу не поспал, граф был как всегда деятелен и оптимистичен. Он понимал что провести зиму здесь будет сложно и сразу принял сторону Амандо. Как ни странно но этому решению воспротивилась баронесса, но к моменту пробуждения Адель и ее удалось уговорить. Все с нетерпением ждали, что скажет герцогиня, как не крути, но последнее слово оставалось за ней. Но молодая женщина смотрела на вещи разумно и не смотря на все свое желание остаться понимала насколько обременительно будет для горожан ее присутствие. К полудню прибыли обозы из Леона. В них находились припасы, теплые вещи, инструменты. Оставалось только гадать на какой скорости пришлось нестись всадникам во главе с герцогом, что бы на столько часов опередить собственные обозы. Адель с грустью обходила импровизированный лагерь раскинувшийся на берегу реки. Прожив год в этом небольшом городке она поименно знала почти всех жителей. Ей было грустно оставлять их в столь трудный час, но и остаться она не могла. Перед отъездом герцогиня раздала горожанам почти все свои вещи. Так же она позволила рубить без ограничения лес для постройки сначала времянок, а потом и нормальных бревенчатых домов. По приказу ее светлости на воду были спущены лодки, они должны были привезти из ближайших городов и деревень припасы, материю, утварь и многое другое. Все это должны были поделить между семьями. Худо, бедно, но люди должны были пережить эту зиму благодаря последнему подарку герцогини. Увы на это ушли практически все сбережения, оставшиеся у Адель. На следующее утро герцогиня в сопровождении свиты и охраны отправилась в Леон. Весь их совместный скарб уместился на двух телегах. У самой королевы Аквитанской осталось лишь одежда, драгоценности и небольшая сумма денег. Несмотря на конец августа днем стояла нестерпимая жара, но ночи были уже холодными. Все события последних дней так измучили всех физически и морально, что прибыв в Леон Аделаида даже не поблагодарив хозяев за гостеприимство сразу поднялась в предложенную комнату и проспала без малого почти двадцать часов. Открыв глаза и увидев светло-голубую комнату озаренную лучами полуденного солнца молодая женщина долго лежала не шевелясь.
«Вот бы когда-нибудь жить в такой комнате вместе с Амандо. Любить его у всех на виду, рожать ему детей», – метала Адель жмуря от солнца глаза. «Все наладиться!» – вспомнила она слова леди Марики.
– Да, все наладиться! – громко сказала она и откинув одеяло ловко спрыгнула с постели.
Уже неделю герцогиня со свитой жили в просторном леонском дворце. Нельзя сказать что граф Леонский был этому рад, но на людях он оказывал гостям все необходимые знаки почтения.
– Ну, вот вчера вы были ваша светлость, а сегодня стали опять ваше величество, – рассмеялась леди Лили раскладывая вещи госпожи по сундукам.
