Арс прекрасно знает, что я переживаю, что мои проблемы с работой и деньгами довели меня до предела. И теперь он использует это, чтобы наказать меня же за моё временное отсутствие. За то, что я решила на несколько дней уйти от проблем и подуспокоить нервишки.
Снова перечитала его сообщения. Мозг пытался найти выход, но я чувствовала, что все возможности уже исчерпаны.
Как он смеет разговаривать со мной в таком тоне? Неужели этот мужлан считает меня человеком второго сорта, с которым можно обращаться подобным образом? Я что, по его мнению, ничего не стоящая марионетка, с которой можно так себя вести всегда, когда только вздумается?
Пора щёлкнуть этого негодника по носу! И да, пора уже всё это заканчивать!
Когда я вошла в его кабинет, сердце лихорадочно колотилось, в горле першило.
Арс сидел за своим столом. И казался серьёзным. Но что-то новое было в его взгляде.
А во мне… А во мне смешанная ярость? И холодная решимость?
Подхожу к нему и кладу на стол конверт с деньгами — долг за ноут, который он так активно требовал.
Вот и всё. Настало время закрыть позорную страничку моей жизни. Я отдала долг. Вот только в груди и неприязнь горит, и сердце бьёт тревогу… Почему?..
— Это что?
Внутри всё сжимается от осязаемого напряжения, но я заставляю себя не отводить от него глаз. Поведение Арса не приносит лёгкости — ледяной голос и полунепроницаемый взгляд тревожат, удручают.
— Возвращаю вам потраченные на ноутбук деньги, — сказала, едва сдерживая истерический нервный смех. — Проверьте.
Арс не ответил сразу, лишь протянул руку, чтобы забрать конверт. Но в итоге я почувствовала, как его пальцы слегка касаются моих. Это странно — от прикосновения словно проскакивает ток, и меня пронзает смесь гнева и горечи.
В полном молчании Арс открывает конверт, проверяет и пересчитывает деньги… И бросает их на стол.
Стою, в этот момент чувствуя себя маленькой и незащищённой.
Вроде бы одним делом меньше, но такое ощущение, что я только что нажила себе очередные проблемы… Хотя как такое вообще возможно? Наверное, показалось. А может, вообще воображение разыгралось…
— До конца срока осталось три дня. Ты уже приняла решение?
— Нет.
— Ну, у тебя ещё есть время подумать.
— Вы не поняли, — сказала я упрямым тоном. — Мой ответ — нет.
Арс снова пытается взять меня за живое, дёргая за ниточки, словно марионетку, умело вплетая угрозы в собственную речь.
Стою перед ним, чувствуя, как напряжение между нами достигло своего пика. Он продолжает препарировать меня взглядом, но я не реагирую. Просто неожиданно начинаю чувствовать себя иначе — усталой, разочарованной и уже не способной терпеть больше его шантаж.
Слишком сильное давление. И я реально устала. Мне надоели косые взгляды. Его уверенность в том, что может манипулировать мной, что он всегда будет на шаг впереди, начинала выводить меня из себя. Я больше не хотела быть в уязвимой позиции, где мне оставалось только оправдываться и бороться за самоуважение, которое этот придурок с каждым днём подтачивал у меня же.
— Слушай, Арс, — наконец сказала я, моя рука сжалась в кулак, а голос дрожал от скрытого гнева. — Я больше не могу так!
Арс посмотрел на меня с лёгким недоумением, будто не мог поверить, что я решусь сказать что-то подобное. А я… Я не могла больше скрывать всё, что внутри меня кипело.
— Я увольняюсь, — произнесла я с твердой решительностью в голосе. — Мне плевать, что ты собираешься делать с моей репутацией. Разрушишь её вконец — всегда пожалуйста. Но! Я больше не позволю тебе играть со мной, я больше не хочу быть частью твоего грёбаного мира.
Мои слова повисли в воздухе, в голове прокручивались тысячи мыслей. Но мне было плевать. Я больше не могла молчать, не могла подстраиваться под его условия и жить в страхе, что Арс однажды возьмёт и обрушит на меня последствия любого неугодного моего шага. Кажется, в этот момент я была готова на всё, лишь бы выбраться из этого кошмара.
Но Арс… Он ничего не делал. Но и ничего не говорил. Мужчина просто молчал. Слишком долго молчал. И я уже даже затаённо не ждала от него ни слов сожаления, ни попыток уговорить меня. Просто дожидалась момента, когда он вынесет вердикт и положит конец моим мучениям.
Это моя последняя битва. И я готова потерять всё, если это значит избавиться от него, от его власти надо мной, от его контроля.
Трудно сказать, что я чувствую — облегчение или пустоту, наверное, и то, и другое… Но в равной ли степени?
— Окей. Давай пофантазируем. Предположим, твоя репутация в деловых кругах испорчена. Из этого следует, что ты не можешь трудоустроиться в нормальное место. Как думаешь, Адель, это к чему можно приравнять?
— К вашей бессовестности?
— К отсутствию работы!
— Ха-ха-ха, — смеха не было, были перенапряжение и своеобразная пародия на ленивца из "Зверополиса".
— Тебе смешно?
— Возможно.
— Где ты ещё найдёшь такие условия, как у нас?
— Да везде!
— Например?
— В курьеры пойду! Ну или на склад какой-нибудь!