Но сначала и правда была тренировка. Точнее, зачет. Пришлось бегать по ущелью до изнеможения, затем показывать, чего я добилась на самостоятельных занятиях. После этого пошли упражнения с магией. Я гоняла несчастный огненный шар, пыталась поразить им цели, намеченные Рилуном, а затем стреляла из лука, пока не почувствовала, что огонь внутри еле теплится, а пальцы дрожат от напряжения.
В этот момент впереди показался обрыв, с которого открывался вид на драконий форт. Я узнала его по недостроенной башне. Пятый Коготь. Вотчина Левента Реншу.
Генерал махнул рукой и приказал:
— Теперь медитация и упражнения на концентрацию.
Я повернулась к нему и озадаченно переспросила:
— Чего?
Рилун терпеливо пояснил:
— Твоя магия — это сила второй сущности. Ты должна научиться управлять своими чувствами и сдерживать драконицу. Сейчас мы будем это делать. Садись. И куртку снимай.
Я послушно опустилась на камень, но вторая просьба показалась странной. Растегивая пуговицы, я подозрительно спросила:
— Зачем?
— Так будет легче пробудить магию и сосредоточиться, — туманно пояснил генерал. — Ощутить магические потоки, слиться с природой…
Куртку я все же стянула и тут же застучала зубами.
— Пиджак тоже, — скомандовал куратор.
Я воззрилась на него так подозрительно, что он не выдержал и вздохнул. А затем раздраженно произнес:
— О чем ты думаешь? Холод поможет тебе сосредоточиться на магии и согреть себя с помощью силы твоей драконицы.
Пришлось все же снимать пиджак. Но я не удержалась и едко спросила:
— А холод помогает сосредоточиться только девушкам?
О своих словах я тут же пожалела. Потому что Рилун сбросил бордовый мундир, а затем и рубашку. Затем он опустился на камень рядом со мной и бесстрастно ответил:
— Нет. Мужчинам он помогает сосредоточиться еще лучше.
Он закрыл глаза, а мой взгляд скользнул по татуировкам. Генерал сидел в шаге от меня, и теперь я могла рассмотреть руны на его левом плече и завиток в виде вытянутого облака. Одна руна казалась смутно знакомой. Я вглядывалась в черные линии на его коже, пытаясь вспомнить, что же значит этот символ. А еще мне ужасно хотелось расспросить куратора о том, что почему знаков на его теле больше, чем у парней.
Из размышлений меня вывел укоризненный оклик:
— Паола. Закрой глаза и попытайся ощутить свою драконицу.
Я подняла голову и встретила взгляд Рилуна. Только после этого до меня дошло… Вместо того, чтобы медитировать, я разглядываю полуголого мужчину. Который, к тому же, еще и мой куратор!
Я поспешно зажмурилась и сосредоточилась на магии. почти сразу перестала чувствовать холод. Но вторая сущность по-прежнему ощущалась мной как сгусток силы. Единственное, что я сумела понять — сейчас она очень довольна. И от этого внутри разливалось тепло. Моя малышка любит холод или горы?
Тут куратор с досадой произнес:
— Нет, это совершенно невозможно.
Я открыла глаза и озадаченно посмотрела на него. Дракон уже натягивал мундир.
— Одевайся, — мрачно приказал он. — Будешь тренировать концентрацию сама.
— Что-то не так? — обреченно спросила я.
— Ты все делаешь правильно, — поспешно ответил генерал. — Вспомнил про одно важное дело.
Где-то я это уже слышала…
Как только я начала застегивать куртку, он положил руку мне на плечо. Я ждала, что меня снова доставят в общежитие. Но вместо этого мы оказались в мрачном сером коридоре. В двух шагах от нас располагалась дверь, у которой стоял караул.
— Скажу пару слов Левенту, — пояснил генерал.
Снова Реншу…На этот раз Рилуну и правда не дают покоя дела.
Наверное, мой взгляд был достаточно красноречив, потому что он махнул рукой со словами:
— Погуляй здесь. Мне нужно поговорить с комендантом без свидетелей.
Я вздохнула с облегчением и поспешно закивала. Генерал вошел в кабинет, а я направилась прочь по коридору.
Далеко уходить не хотелось. Но и оставаться рядом с Левентом, под взглядами его стражников, не было никакого желания.
К счастью, скоро я вышла в крытую галерею. По левую руку от меня теперь шел ряд больших окон, а справа — стена, увешанная портретами мужчин в военной форме.
Я медленно побрела вперед. В окна светило яркое солнце, в долине суетились люди, и это навевало умиротворение. Которое было разрушено в один миг, когда мой взгляд случайно упал на один из портретов.
Внутри все перевернулось, и я застыла, глядя на картину. Человека, который был на ней изображен, я когда-то знала.
***
Неведомый художник сумел передать характер мужчины, который был изображен на холсте. Сначала я заметила глаза. Зеленовато-серые, казалось, они заглядывают в душу. Четко очерченные челюсти, волевой подбородок, твердая линия губ, брови слегка нахмурены. Военная выправка, терракотовый мундир с рядом золотистых чешуек на левом плече и золотая перевязь с какими-то регалиями. Нужно спросить у Рилуна, что это…
А еще нужно было отвернуться или хотя бы отойти. Но я стояла и жадно разглядывала портрет, стараясь запомнить каждую деталь. Невольно хотелось найти какие-то общие черты. Но если у нас и было сходство, то едва уловимое. От этого внутри перемешались горечь и облегчение.
