Первое, что увидел протащивший себя сквозь пол капитан, был бьющийся в агонии Золтан. Витрувий Аено прикончил сразившего ротного чемпиона тиранида, пришпилив тварь к стене из плоти своим пиломечом. Апотекарий разогнал зубья меча до состояния размытого пятна и кромсал противника. Пытаясь достать противника, Золтан случайно проткнул набухший на стене мешочек с кислотой своим силовым клинком, в результате чего Имперского Кулака буквально окатило пищеварительным соком био-корабля. Чемпион бился в кислотной ванне посреди безвоздушного пространства. Его клинки бесполезно мельтешили. Через пару ужасных мгновений от Лесандро Золтана осталась лишь испускающая пар керамитовая оболочка с разжиженными костями внутри.
— Тантал! — позвал Карактус Контрадор. — Где?
— Должно быть где-то рядом, — отозвался Витрувий Аено, вращениями цепного клинка отгонявший щёлкавшую жвалами тварь, выглядывавшую на апотекария из-за другого мешочка с мембранами. — Глянь на него.
Библиарий дёргался в конвульсиях в руках удерживавшего его Зиракуса.
— У меня кончаются патроны, — доложил сержант Саггитар.
И тут Контрадор заметил её. Жёлтый цвет брони. Он едва виднелся сквозь мембранну настенного бассейна. Капитан заметил, что подобные бассейны были разбросаны по всем стенам. Но лишь в одном угадывался силуэт космодесантника из ордена Имперских Кулаков.
— Апотекарий, — произнёс капитан, поднимая кулак на шипевшую и плевавшуюся в Витрувия Аено со стены тварь. Поток частиц из гравитона просто размазал тиранида. Капитан жестом указал на пищеварительный бассейн в стене. Апотекарий кивнул и наотмашь рубанул пиломечом по мембране. Осторожно, чтобы не попасть под выброс пищеварительных соков, апотекарий приналёг и вытащил тело в броне из варочного пруда.
Рычание сорвалось с уст Контрадора. Броня была сильно изъедена кислотой, изжёванная могила для медленно растворявшегося внутри Имперского Кулака.
Апотекарий присмотрелся к потускневшей инсигнии на броне мертвеца:
— Пятая рота.
— С «Грозного стража», — каменным голосом ответил Контрадор. Тиранидский био-корабль атаковал звёздный форт. Он обглодал и обездвижил его. Он наводнил «Грозного стража» своими кошмарными отродьями, которые утащили Имперских Кулаков, прислугу и сервиторов.
— Погоди, — сказал Аено, когда капитан оттолкнулся прочь. Мёртвый космодесантник похоже что-то сжимал. Апотекарий вытащил крепкий бронированный цилиндр. Его адамантиевый корпус был опалён, но цилиндр выглядел неповреждённым. — Что это? — спросил он.
Капитан осмотрел находку.
— Самописец с борта «Грозного стража», — Контрадор покачал головой. Бронированный самописец был создан с тем расчётом, чтобы уцелеть при взрыве станции в космосе, он даже мог пережить столкновение с планетой. Мало удивительного было в том, что он смог так долго противостоять кислотным сокам био-корабля.
— Мы здесь не умрём, — прорычал капитан.
— Где оно? — спросил капитан Тантала, последний в качестве ответа поднял руку и пальцем, облачённым в керамит, указал на противоположную стену. Контрадор перевёл взгляд с библиария на покрытую плотью поверхность стены камеры.
— Враг на подходе, — возвестил сержант Саггитар, посылая последний болт в ораву тиранидов, наводнивших ведущий к камере туннель.
— Апотекарий, — позвал Контрадор, — прорезай.
Аено хорошенько разогнал зубья с мономолекулярными лезвиями, прежде чем всадить клинок в пористую плоть. С наседавшими на него тиранидами, потоком изливавшимися из отверстия в полу, сержант Саггитар попятился к Витрувию Аено и помог апотекарию прорубить брешь в стене. Когда Контрадор помог протащить сквозь щель Осрика, брат Зиракус уничтожил несколько вырвавшихся вперёд тварей, выиграв несколько секунд для Саггитара и апотекария для преодоления бреши в стене. Мгновения спустя юный Имперский Кулак последовал за остальными.
Космодесантники смотрели на рваные края щели и ждали, когда рой тиранидов начнёт прогрызать себе путь внутрь. Но поскольку ничего подобного не происходило, Контрадор отвернулся, осматриваясь. Эта секция была больше соседней. Она была влажной. Пульсирующей. Мешочки и пузыри на стенах, казалось, были подсвечены какой-то органической энергией. В центре камеры стояла толстая колонна, состоявшая из подергивающихся и извивающихся сухожилий. Они постоянно сокращались и расслаблялись, рядом с колонной находилось гнездо с луковицеобразными спорами, трепетавшими от какой-то своей внутренней жизни.
— Тантал вырубился, — доложил Витрувий Аено.
— Мнение, апотекарий? — спросил капитан.
— Похоже на нервный узел, — ответил Витрувий, — Возможно, второстепенный мозг или синаптический ретранслятор для существ на корабле.
— Где они? — спросил Зиракус, водя болтером из стороны в сторону.
— Возможно, этим тварям запрещено находится в столь чувствительной области корабля, — предположил апотекарий.
— Ради самого Дорна, надеюсь, что ты прав, — ответил Зиракус.
Сержант Саггитар снял с пояса ауспик. Постучав по антенне, он просканировал камеру с нервными узлами.
