– Нет, не аттракцион, но вас никто не убил. И вы вроде бы никого не убили. Очень много вариантов, но главное, что вы целы.
«Вроде бы».
Я нервно проглотила комок. По спине постоянно бегал этот противный холодок, сколько бы я ни ёжилась, пытаясь его прогнать. Слишком много информации для одной небольшой меня, слишком много. Мне, наверное, стоило не ходить никуда с этим человеком, не пить этот крепкий чай, ничего не слушать, не думать, не гладить котов. «Всё прошло бы само, – нашёптывал внутренний голос. – Не слушай его и беги отсюда».
– А могу я узнать, как именно провела эту ночь? – с трудом выдавила я. Внутренний голос я уже пару раз послушала, не похоже, чтобы он насоветовал мне чего-то умного.
Александр задумался, а я огляделась. Людей вокруг не было – это логично, что бы они забыли на пляже в такую темень. Это означало как то, что никто не будет свидетелем моему неадекватному валянию по камням, так и то, что если Александр вдруг именно сейчас решит полноценно раскрыться как маньяк-убийца, об этом тоже никто не узнает.
Несмотря ни на что, ни на какие слова и объяснения, доверять ему я, конечно, не могла. Передо мной всё ещё стоял человек, который постоянно выскакивал в моей жизни из ниоткуда и ни с чего, и никакого объяснения этому по-прежнему не было. Также не было объяснения, каким образом и с какой вообще стати он нашёл меня утром на пляже с волшебным названием, которое я не запомнила, да и даже ответа на вопрос «с чего я сдала тётину квартиру непонятному кому» – тоже не было.
Последний вопрос, наверное, всё же был ко мне, а кому задать остальные – не ясно.
Зато кот сидел рядом и, не прекращая урчать, тщательно вылизывался. Пушистый островок нормальности в нашей уютной психушке.
– Думаю, можете, – Александр наконец вроде бы что-то решил. – Если готовы снова дать мне руку.
– Да берите на здоровье, – тут я снова глянула на кота и засомневалась. – Только подождите, если для этого вдруг надо принести жертву или что-то типа того…
– Жертв не надо, – серьёзно ответил он. – Но кота я всё-таки отведу обратно, чтобы не наносить душевную травму ещё и ему.
Когда мой спасительный зверь оказался в безопасности, Александр вернулся. Постоял у самой кромки прибоя, пока я, нетерпеливо ёрзая, любовалась на его прямую спину и гадала, намочит он уже кроссовки в этой игре с морем или нет. Потом резко развернулся, подошёл ближе и опустился передо мной на колени.
– Так удобнее, – ответил он на мой немой вопрос. – И вам так тоже будет удобнее.
Я послушно встала на колени напротив. Чувствовала себя изумительно глупо и неловко, но какая уже разница. Чёртова галька для таких приключений совершенно не предназначена – я сморщилась от боли, как будто меня поставили в угол на горох. Протянула Александру руку уже привычным жестом, но он перехватил её совсем непривычно – сцепив наши пальцы и крепко прижав ладони друг к другу.
– Руку отдёргивать нельзя, но вам захочется.
Я совсем стушевалась. Всё это казалось слишком – как тут подобрать слово? – интимно? Ладно ночь, пляж, стояние на коленях, но этот жест с переплетёнными пальцами был уже чересчур.
– Может… – начала я, но Александр перебил, глядя мне в глаза внезапно серьёзно и строго:
– Готовы?
– Готова.
– Тогда вы должны вспомнить самый последний момент вчерашнего вечера.
Я успела только вдохнуть – и мир вокруг исчез.
