— Предлагаете на виду у всех стянуть сапог? Пойдемте.
Народу действительно прибыло. При моем появлении, он начал стягиваться к площадке, где в центре уже стоял Самойл, и, с кем-то перешучиваясь, непринужденно вертел ганкас между пальцами.
Клаус по-прежнему ловко скрывался среди толпы, и плюнув на это занятие, я направился к Самойлу, старательно пытаясь не хромать. Конечно же, при своем опыте, он не мог не увидеть мою проблему, даже если она ускользнула от него при первой встрече. То, что я обнаружил в его глазах, на какой-то миг заставило проникнуться к нему симпатией: там не было ничего, кроме сожаления о том, что победа не принесет ему полного удовлетворения. Но вот Самойл с брезгливой гримаской что-то сказал человеку рядом, тот, отвечая, презрительно ощерился, и мое мнение стремительно переменилось.
— Господин сарр Клименсе, а где же ваш ганкас⁈ — откуда-то вынырнувший Сай был нешуточно удивлен.
— А что, каждый может быть со своим оружием⁈ — я изумился не меньше.
— Ну конечно же и это традиция! — он явно переживал, что допустил такую оплошность, за которую с него обязательно спросят.
— Сай, вы говорили, что я могу обратиться к вам за помощью. Ну так найдите же мне его, любой. Можно и ваш собственный.
Последнее было на всякий случай. Возможно, среди них существует поверье, что ганкас в чужие руки передавать нельзя. Чтобы не сглазить, и он не потерял магическую особенность, или что-то еще. Люди любят придавать почти волшебные свойства порой обыденным вещам. Счастливый амулет, удачливая шляпа, и что же тогда говорить об оружии, от которого зависит жизнь?
— Но… — протянул Сай, и я уже было подумал, что моя догадка верна, когда он сказал. — Если он вас устроит.
— Вполне.
Ганкас был как ганкас. Складной нож, с фиксирующимся, покрытым травленными узорами клинком, закругленным острием, и, конечно же, с богато изукрашенной рукоятью.
— Благодарю. Обещаю, что вернуть не забуду.
— Это была моя промашка, — повинно склонил голову Курт Стаккер.
— Вы-то здесь причем? Выбросьте из головы.
Самойл наблюдал за нами с веселым любопытством и едва не посмеивался.
— Надеюсь, вы не станете отказываться? — спросил он, едва я к нему приблизился. — Особенно в связи с условием, о котором отлично осведомлены.
— Не вижу смысла.
— Как знаете. И не надейтесь, что ваша ладанка вам поможет.
— Тоже самое о ней могу сказать и вам.
Конечно же, он меня не понял, но зачем-то кивнул.
— Тогда приступим?
— Не откладывая.
Разрывая дистанцию, Самойл сделал пару шагов назад, эффектно перекинув ганкас в левую руку. Он оказался в ней чуть раньше того, чем мой собственный вошел ему под нижнюю челюсть, разрезая на своем пути все и добираясь до мозга. Шум от упавшего тела раздался уже тогда, когда я находился к нему спиной: ответного выпада можно не опасаться, а любоваться агонизирующим телом — удовольствие сомнительное.
— Сай, вы знаете, где забрать свой ганкас. Передайте, что я свое условие договора выполнил, дело теперь за ними. Заодно скажите, что засвидетельствовать свое почтение лично, никакого желания не испытываю.
Вид у него был потрясенным. Наверняка он рассчитывал увидеть долгий бой со множеством порезов, пока кто-то из противников не начнет сдавать от потери крови, чтобы, наконец, не открыться под разящий удар. Толпа зрителей притихла, не зная, как реагировать. Для немалой части из них Самойл был героем и образцом для подражания, ведь здесь собрались многочисленные поклонники складного ножа с тупым концом. Но сталь — есть сталь, и что против нее слабая плоть? Другие прибыли сюда за удовольствием посмотреть на мою кончину, настолько я успел им насолить, а некоторым встать костью поперек горла. Нашлись и те, кто посчитал ниже своего достоинства устраивать восторженный рев по поводу того, что один человек убил другого.
— Вы сделали ставку именно на это, сарр Клименсе? — по пути в карету спросил Стаккер.
— Да. Иного мне было не пережить. Владение ганкасом строится на другой технике, и в этом я видел свой шанс.
Я с удовольствием представлял как в нее усядусь, стяну сапог, закину больную ногу на сиденье напротив, и наверняка сделаю пару глотков бренди, припасенного мною примерно на такой случай.
— Курт, вам не удалось признать сар Штраузена?
Не верилось, что Клаус позаботился о своей репутации настолько. Что было бы разочарованием.
— Увы. Сарр Клименсе, так понимаю, нашу поездку на север придется отложить?
— Тогда в ней не останется ни малейшего смысла. Вернемся, пошлю за магом из Дома Милосердия. Он помашет руками, прочитает сильнейшее заклинание, а главное, изготовит целебную мазь. В пути и заживет. Евдай, о чем задумался?
— Не нравится мне, как они на нас поглядывают, зло. Не случилось бы чего! Сарр Клименсе, может нам стоит возвращаться вместе с толпой?
— Нет. Мы будем ехать так быстро, как сможем.
Дожидаясь, Аннета наверняка извелась. Помимо того, что до нашей разлуки оставались считанные часы, и не хотелось бы часть из них потерять.
Глава четырнадцать.
