— Обратите внимание вот на эти корабли, — указал я Хромцовой на шесть судов специфической конфигурации, расположенных в отдалении от основных сил. — Четыре специализированных судна-генератора подпространственного перехода, с помощью которых ваша эскадра прибыла в систему «Новая Москва». И вот эти два танкера с интарием.
Хромцова замерла, вглядываясь в обозначенные корабли. Я видел, как понимание медленно проступает на её лице, сменяя растерянность. Годы командования флотом позволили ей мгновенно оценить представившуюся возможность.
— Портал, — её голос был почти шёпотом. — Мы можем создать портал и уйти до того, как Суровцев поймёт, что происходит.
Впервые с момента нашей встречи на её лице появилась настоящая улыбка — искреннее выражение надежды и азарта.
— Именно, — кивнул я. — Эти вспомогательные суда входят в состав вашей эскадры, но их экипажи не выбирают сторону конфликта. Они остаются в неопределённом статусе, пока мы ведём перепалку с Суровцевым.
— Танкеры с интарием и суда-генераторы, — вице-адмирал уже полностью собралась, её взгляд приобрёл знакомую остроту. — Если мы сможем взять их под контроль, то уйдём от Суровцева красиво, как корабли-призраки.
Голографическая проекция показывала текущее расположение вспомогательных судов относительно наших боевых кораблей. Танкеры «Святогор» и «Ермак» находились на внешнем рубеже построения, прикрытые тремя эсминцами, выполнявшими охранные функции. Суда-генераторы «Архангелогородец», «Ворожея», «Иртыш» и «Аксаков» располагались чуть дальше, согласно стандартной формации — технические суда всегда держались подальше от потенциального боестолкновения.
— Придётся действовать быстро, — продолжил я. — У нас есть преимущество внезапности. Никто не ожидает, что мы вместо обороны или атаки предпримем маневр с уходом из системы.
— «Афина» и «2525» могут присоединиться к операции? — спросила Хромцова, уже отдавая приказы по внутренней связи «Паллады».
— Разумеется. Таисия и император понимают, что это наш единственный шанс.
Я переключил связь на внутренний контур и обратился к Жиле, стоявшему на мостике «Афины»: — Аристарх Петрович, лёгкий маневр уклонения, затем полный ход по курсу, который я сейчас передам. Цель — танкер «Святогор». Полная боевая готовность, но без агрессивных действий.
— Есть, лёгкий маневр уклонения, затем полный ход по указанному курсу, — отозвался Жила, и я услышал, как он отдаёт распоряжения по мостику.
«Афина» отозвалась мгновенно — несмотря на полученные повреждения, системы управления работали безупречно. Линкор сначала изобразил манёвр уклонения, словно избегая несуществующей угрозы, а затем резко изменил курс, устремившись к танкеру. Рядом с нами, повторяя наш манёвр, шёл «2525».
На тактической карте я видел, как корабли Хромцовой тоже приходят в движение, синхронизируя свои действия с нашими. Тринадцать зелёных точек на голографическом дисплее рассыпались, чтобы через несколько секунд устремиться к шести отдельно стоящим вымпелам технических судов…
На борту линкора «Паллада» Агриппина Ивановна действовала с безупречной эффективностью, присущей всем её военным операциям. Отдав приказы о перегруппировке кораблей, она по связи обратилась к командиру своих «морпехов»:
— Полковник, подготовьте шесть призовых команд. По одной на каждое техническое судно. Полное вооружение, но без излишней демонстрации силы. В идеале всё должно пройти без единого выстрела.
— Будет исполнено, госпожа вице-адмирал, — ответил басом офицер.
Хромцова перевела взгляд на тактическую карту, где корабли Суровцева и оставшиеся верными Граусу суда её уже бывшей эскадры выстраивались в два атакующих «конуса» для массированного, одновременного удара. У них пока не было чёткого плана, но они явно готовились к скорому бою.
— Нас атакуют через десять-двенадцать минут, — произнесла она, обращаясь к своему старпому, капитану первого ранга Забелину. — Нам нужно успеть до этого.
— Успеем, госпожа вице-адмирал, — уверенно ответил Забелин. — Призовые команды готовы к отправке. Первая группа уже в шлюзовом отсеке.
Хромцова кивнула и вернулась к координации действий. На экранах внешнего обзора было видно, как корабли её эскадры стремительно сближались с техническими судами. Линкор «Паллада» и крейсер «Адмирал Корнилов» уже подошли к одному из судов-генераторов — «Архангелогородцу», заставив его эскорт отойти в сторону.
— Связь с кораблем, — приказала Агриппина Ивановна.
На экране появилось лицо командира судна-генератора — пожилого, седобородого мужчины с усталыми глазами.
— Капитан Сомов на связи, — произнёс он неуверенно. — Чем могу служить, вице-адмирал?
— Капитан, я действую по прямому приказу Его Императорского Величества Ивана Константиновича, — твёрдо сказала Хромцова. — Вам необходимо немедленно подготовить генераторы для создания подпространственного перехода. Призовая команда с «Паллады» прибудет для обеспечения безопасности и координации.
На лице капитана отразилась внутренняя борьба. Он, как и многие командиры технических судов, предпочитал держаться в стороне от политических конфликтов, сосредотачиваясь на своих прямых обязанностях. Но сейчас нейтралитет был невозможен.
— Госпожа вице-адмирал, я… — он замешкался. — Мы гражданское судно. Мы не участвуем в военных конфликтах. Наша задача — обеспечение транспортных переходов.
И действительно большинство генераторов были в данный момент переделками из гражданских судов…
— Именно об этом я и говорю, капитан, — в голосе Хромцовой появились стальные нотки. — Вашему судну предстоит выполнить свою прямую функцию — создать подпространственный переход. Альтернатива — оказаться в центре сражения между конфликтующими сторонами. Решайте. У вас тридцать секунд.
Сомов побледнел, бросил взгляд куда-то в сторону — видимо, советуясь с офицерами на мостике. Наконец он глубоко вздохнул и произнёс:
— Мы подчиняемся. Готовим системы к активации.
— Разумное решение, капитан, — кивнула Хромцова. — Ожидайте прибытия призовой команды. И запомните — любые действия, которые могут быть истолкованы как саботаж, будут пресекаться немедленно и жёстко.
Связь прервалась, и Агриппина Ивановна обратилась к офицеру связи: — Доложите о ситуации на остальных кораблях.
— «Святогор», «Ермак» и «Ворожея» подтвердили готовность к сотрудничеству, госпожа вице-адмирал, — доложил офицер. — Призовые команды высаживаются на борт. «Иртыш» также не оказывает сопротивления. На «Аксакове» ситуация неопределённая. Капитан судно до сих пор не выходит на связь.
Хромцова нахмурилась.
— Направьте на «Аксаков» усиленную призовую команду, — распорядилась вице-адмирал. — И предупредите: при малейших признаках сопротивления — жёсткое пресечение…
…На борту судна-генератора капитан Демидов нервно расхаживал по мостику, то и дело бросая взгляд на экраны внешнего обзора, где были видны приближающиеся корабли эскадры Хромцовой.
— Они требуют, чтобы мы подготовили генераторы к созданию портала, — доложил старший помощник, оторвавшись от консоли связи. — Остальные уже подчинились.
— Предатели, — процедил сквозь зубы Демидов. — Мы не будем выполнять приказы этой изменницы Хромцовой. Единственная законная власть — это Сенат и первый министр.
— Но господин капитан, — осторожно возразил старпом, — если мы откажемся, они применят силу. У них есть такая возможность.
— Пусть попробуют, — Демидов подошёл к своему креслу и нажал кнопку внутренней связи. — Внимание всему экипажу! Говорит капитан. На нас оказывается давление со стороны мятежных элементов, нарушивших присягу законному правительству. Приказываю всем сохранять верность законной власти и не выполнять никаких распоряжений, поступающих с кораблей вице-адмирала Хромцовой. Это приказ!
Он отключил связь и повернулся к старшим офицерам мостика: — Заблокировать доступ к системам управления генераторами. Задействовать аварийные протоколы. Если они попытаются захватить корабль, мы скорее выведем генераторы из строя, чем позволим им попасть в руки мятежников.
В этот момент система внешней связи снова активировалась, и на главном экране появилось лицо лейтенанта с «Паллады», возглавлявшего призовую команду.
— Капитан Демидов, — произнёс он официальным тоном, — именем Его Императорского Величества приказываю вам подготовить судно к передаче под командование сил, лояльных законному правителю. Призовая команда уже направляется к вам.
— Я не признаю никаких приказов от мятежников, — резко ответил Демидов. — Попытка захвата моего судна будет рассматриваться как акт пиратства!
— Вы ошибаетесь, — спокойно возразил лейтенант. — Законным правителем Российской Империи является Иван Константинович Романов. Вице-адмирал Хромцова действует по его прямому приказу. Настоятельно рекомендую вам не усугублять свою ситуацию сопротивлением.
— Мальчишка не может быть правителем! — презрительно фыркнул Демидов. — Покажите мне хоть один имперский закон, где сказано, что восьмилетний ребёнок способен управлять государством! Правительством Российской Империи является Сенат. А ваша выходка — это попытка государственного переворота!
На периферии мостика несколько рядовых членов экипажа переглянулись с явным неодобрением слов своего капитана. Один из них, молодой штурман, даже открыл рот, словно собираясь возразить, но передумал и промолчал.
— Послушайте, капитан, — лейтенант сменил тактику. — Я понимаю ваши сомнения. Но ситуация сейчас такова, что мы не можем тратить время на дебаты. Призовая команда уже приближается к вашему кораблю. Вы и ваши офицеры можете сохранить нейтралитет, если не хотите принимать чью-либо сторону. Но генератор должен быть задействован.
— Никогда! — капитан Демидов замахал руками, демонстрируя решимость. — Я скорее уничтожу управляющие системы, чем позволю вам использовать этот корабль для мятежа!
В этот момент произошло нечто неожиданное. Молодой штурман, наблюдавший за разговором, внезапно выхватил из кобуры пистолет и направил его на капитана.
— Вы отстранены, господин капитан, — твёрдо произнёс он. — Большинство экипажа не поддерживает вас. Изначально мы присягали императору, а не первому министру.
Ситуация мгновенно изменилась. Из разных частей мостика появилось ещё несколько членов экипажа с оружием, направленным на Демидова и его сторонников. Капитан оказался в окружении.
— Предатели! — выплюнул он. — Вы пожалеете об этом! Когда Птолемей Граус разберётся с мятежниками, всех, кто их поддержал, ждёт трибунал!
— Капитан, у вас есть выбор, — вмешался лейтенант, наблюдавший за происходящим через коммуникационный экран. — Вы и ваши офицеры можете сложить оружие и остаться на борту под стражей. Или мы можем отправить вас на спасательном челноке в сторону кораблей контр-адмирала Суровцева. Выбирайте.
Демидов секунду колебался, переводя взгляд с оружия на своих офицеров, затем на экран, где лейтенант ждал ответа. На его лице отразилась внутренняя борьба — гордость и преданность Граусу против страха и инстинкта самосохранения.
Его лицо исказилось от ярости, но он, похоже, понял бессмысленность сопротивления.
— Хорошо, — процедил он сквозь зубы. — Мы уйдём на челноке.
— С вашего позволения, господин капитан, мы проводим вас и ваших офицеров к спасательному челноку, — произнёс штурман без тени злорадства или гнева. — Не создавайте проблем, и всё пройдёт быстро.
Демидов бросил на него уничтожающий взгляд, но подчинился. Через несколько минут он и трое старших офицеров, сохранивших ему верность, были препровождены к спасательному челноку.
— Прощайте, господин капитан, — сказал штурман. — И да поможет вам Бог разобраться, на чьей стороне правда.
Челнок отделился от «Аксакова» и медленно двинулся в сторону кораблей, верных первому министру. На его борту Демидов, наблюдая удаляющееся судно, сжимал кулаки от бессильной ярости. Всё могло быть иначе, если бы он успел реализовать свой план — заблокировать системы генератора или даже вывести их из строя. Но теперь оставалось только надеяться, что контр-адмирал Суровцев сумеет остановить мятежников…
…– Все системы готовы, госпожа вице-адмирал, — доложил офицер связи. — Конфликт на «Аксакове» разрешён. Мятежные офицеры эвакуированы на спасательном челноке.
— Суда-генераторы?
— «Архангелогородец», «Ворожея» и «Иртыш» готовы к созданию портала, госпожа вице-адмирал. «Аксаков» присоединится через две минуты. Наши технические специалисты уже интегрируются в их системы управления.
Хромцова перевела взгляд на другую часть тактической карты, где корабли Суровцева выстраивались в атакующие формации. Их маневры становились всё более решительными — было очевидно, что времени в обрез.
— Передайте на все корабли: приготовиться к подпространственному переходу. Полная боевая готовность, щиты на максимум. Если Суровцев поймёт, что мы задумали, он попытается сорвать операцию.
Она активировала канал связи с «Афиной»: — Александр Иванович, мы почти готовы. Все суда под нашим контролем. Итак мы направляемся…
— В систему «Вязьма», — ответил я.
«Вязьма» была логичным выбором — соседняя со столичной звёздная система, без существенного военного присутствия Грауса, но с несколькими планетарными колониями, традиционно лояльными императорскому дому.
— Согласна, — кивнула вице-адмирал. — Координаты на все генераторы заранее переданы. Ориентировочное время до открытия портала — три минуты.
На тактической карте красные точки вражеских кораблей ускорили своё движение. Суровцев наконец заметил необычные перемещения наших судов и явно готовился к противодействию.
— Похоже, Валериан догадался, — заметил я.
— Должны успет, — твёрдо ответила Хромцова. — Генераторы уже активированы. Но будьте готовы к возможному огневому воздействию.
Связь с «Палладой» прервалась, и я обратился к Жиле: — Аристарх Петрович, полная боевая готовность. Щиты на максимум. Возможно, придётся выдержать обстрел в момент перехода.
— Поля на максимум, — подтвердил кавторанг Жила. — Но учитывая наши повреждения, долго мы не выдержим.
— Если всё пойдёт по плану, долго держаться не придётся.
Я перевёл взгляд на экраны внешнего обзора. В пространстве перед судами-генераторами начали появляться первые признаки формирования портала — едва заметные искажения космического континуума, похожие на тепловые волны в раскалённом пространстве. Постепенно эти искажения становились сильнее, концентрируясь в одной точке, которая превращалась в перекрученную воронку, засасывающую свет и материю.
— Всем постам — приготовиться к переходу, — скомандовал я…
Контр-адмирал Валериан Николаевич Суровцев с растущим беспокойством наблюдал за странными манёврами кораблей противника. Вместо того чтобы выстраиваться в оборонительное «каре», как предписывала классическая тактика при численном превосходстве врага, суда Хромцовой и Василькова совершали непонятные перемещения, сосредотачиваясь вокруг вспомогательных кораблей эскадры.
— Что они замышляют? — пробормотал он, сощурившись, словно это могло помочь лучше разглядеть ситуацию на тактической карте.
— Возможно, пытаются использовать технические суда как прикрытие? — предположил старпом Смирнов, стоявший рядом. — Взять экипаж в заложники?
— Нет, не похоже, — покачал головой Суровцев. — Смотрите, они не просто окружают технические суда, они как будто интегрируют их в своё построение. Странно…
Валериан Николаевич напряжённо размышлял, перебирая варианты. Что за тактический ход может предпринять противник в такой ситуации? Почему они не готовятся ни к обороне, ни к атаке?
Внезапно его взгляд зацепился за обозначения вспомогательных судов на тактической карте. Суда-генераторы и танкеры с интарием…
— Господи боже! — выдохнул он, охваченный внезапным пониманием. — Они собираются уйти через портал! Вот почему им понадобились генераторы и интарий!
Суровцев резко развернулся к офицеру связи: — Немедленная атака! Всем кораблям — огонь на поражение! Цель — суда-генераторы! Не дайте им создать портал!
Но было уже поздно. В пространстве перед эскадрой Хромцовой начала формироваться характерная воронка, предшествующая открытию подпространственного перехода. Тусклое сияние превратилось в ослепительный вихрь.
— Огонь! Огонь! — кричал Суровцев в коммуникатор. — Всеми орудиями! Не дайте им уйти!
Корабли его эскадры открыли огонь. Десятки плазменных зарядов устремились к кораблям мятежников, но большинство попало в пустоту — генераторы уже создали стабильный портал, и суда один за другим входили в него, исчезая из обычного пространства. Несколько выстрелов задели внешние корабли эскадры Хромцовой, но щиты выдержали, позволив своим носителям беспрепятственно войти в портал…
— Чёрт! — выругался Валериан Николаевич, с такой силой ударив кулаком по консоли, что дисплей мигнул и на секунду погас. — Упустили! Они ушли!
На тактической карте вместо пятнадцати зелёных точек и шести судов поддержки противника осталось лишь расплывчатое пятно затухающего энергетического следа. Суровцев тяжело опустился в командирское кресло, чувствуя, как внутри поднимается волна бессильной ярости. Ситуация казалась катастрофической. У него не было своих судов-генераторов, способных создать пространственный переход — ближайшие такие суда находились у столичной планеты Новая Москва-3, в нескольких часах лёта. А главное — он не знал, куда направились беглецы.
— Всем кораблям — прекратить огонь, — устало скомандовал он. — Зачем эти идиоты продолжают стрелять в пустоту⁈
Офицеры избегали смотреть друг на друга и на своего командира, словно опасаясь стать мишенью для его гнева. Только старпом Смирнов осмелился нарушить тишину:
— Господин контр-адмирал, приборы зафиксировали спасательный челнок, отделившийся от одного из судов-генераторов непосредственно перед переходом. На нём четверо человек. Они запрашивают связь с вами.
Валериан Николаевич выпрямился в кресле, мгновенно собравшись.
— Соедините меня с ними, — приказал он, не скрывая нетерпения.
На главном экране мостика появилось изображение кабины спасательного челнока. В центре кадра находился пожилой человек в форме гражданского космофлота с капитанскими знаками различия — судя по всему, командир одного из захваченных мятежниками судов.
— Капитан Демидов с «Аксакова», — представился он. — Приветствую вас, господин контр-адмирал.
— Докладывайте, капитан, — без лишних церемоний приказал Суровцев. — Что произошло на вашем корабле?
— Мятеж, господин контр-адмирал! — с горечью ответил Демидов. — Хромцова прислала призовую команду, и часть моего экипажа перешла на их сторону. Мы пытались сопротивляться, но силы были неравны. Нас с несколькими офицерами, сохранившими верность первому министру, выслали с корабля на этом челноке.
Суровцев сузил глаза, внимательно изучая лицо капитана. В глазах Демидова читалась искренняя ярость и обида — похоже, он действительно пытался противостоять захвату своего судна.
— Вы знаете, куда они направились? — задал Валериан главный вопрос, интересовавший его больше всего.
— Знаю, — уверенно кивнул Демидов. — Перед тем, как нас обнаружили, я получил с «Паллады» координаты для настройки генератора. Это система «Вязьма».
Внутри Суровцева разлилось тепло надежды. «Вязьма» — соседняя со столичной звёздная система, логичный выбор для беглецов — достаточно безопасно, но при этом не слишком далеко от центра событий. И главное — теперь он знал, куда направлять погоню.
— Вы уверены в этой информации, капитан? — спросил Суровцев, хотя в глубине души уже не сомневался в ответе.
— Абсолютно, господин контр-адмирал, — подтвердил Демидов. — Я лично видел координаты…
— Отлично, — Валериан быстро принял решение. — Направляйтесь к «Новороссийску», мы примем вас на борт. А потом… — он повернулся к старпому, — Игорь Антонович, собирайте все корабли. Курс на Новую Москву-3, максимальный «форсаж». Только там есть наши суда-генераторы. Мы должны начать преследование как можно скорее.
— Есть, господин контр-адмирал! — козырнул Смирнов.
— Вам от меня так легко не уйти, господа ренегаты, — ухмыльнулся Валериан Николаевич, смотря на тактическую карту.
