к эскадре прибыл благополучно, кроме того, что во время
следования от Рагузы, подходя уже к Корфу, эскадра ему вверенная
потерпела великий шторм, случившийся при зюйдовом противном
ветре, во время которого на фрегате «Казанской Богородицы»
переломился руль, и все вообще суда от качки довольно
потерпели и несколько порасстроились прибылью воды, а особо
фрегат «Казанская», из турецких фрегатов на одном сломились все
мачты и бушприт, корабли и фрегаты сколько можно конопатью
поправлены, а руль на фрегате «Казанской» делается новый. Под
крепостями Корфу между оных и острова Видо из находящейся
французской эскадры 74-<пушечный корабль «Женеро» во время
блокады крепостей всегда изыскивал случаи и многократно
делал опыты о побеге, но всегда бдительным за ним присмотром
был оставлен и воспрепятствован. Напоследок 25 на 26-е число
генваря, в чрезвычайно темную ночь, с вычерненными парусами,
при крепком зюйдовом ветре прорвался между кораблями
блокирующими. Две полугалерки, нарочно для надзирания крейсе-
рующие перед нашими кораблями, увидели его под парусами
благовременно, одна из них при темноте ночи попалась под
самый корабль и едва, спустясь на фордевинд, отойтить успела,
делали сигналы им определенные о побеге судов. В то ж время,
когда «Женеро» еще не дошел до наших кораблей, деланы
были от меня сигналы гнаться за бегущими кораблями, бить,
топить и брать в плен, но по чрезвычайно легкому ходу сей
корабль прорвался при пальбе в него с наших кораблей и с
турецких фрегатов и ушел в Анкону. Два корабля наших
«Богоявление Господне» и «Захарий и Елизавета» и фрегат «Григорий Ве-
ликия Армении», тож два турецкие фрегаты гнались за ним до
Анконы, но в темноте ночи и видеть его не могли. Сие
случилось во время отсутствия вышеозначенной эскадры, а прочие
французские корабли «Леандр», фрегат «Бруна» и мелкие суда
по взятии ныне Корфу нами взяты в плен.
Знаменитому между князьями Мессийскаго народа, высоко-
степенному между вельможами нации христианской, господину
адмиралу, командующему Российским флотом на Средиземном
море, искреннему и любезному приятелю нашему вице-адмиралу
Ушакову, коего конец да будет благ. По принесении
дружелюбных уверений и по засвидетельствовании искренних и
почтеннейших изречений дружески извещается:
Когда прибытие ваше в столицу Оттоманской Империи с
препорученным благоразумному управлению вашему государства
Российского морским ополчением и соединение с оным кораблей
Блистательной Порты совершилося, и отправление соединенных
сил морских в назначенныя им места предпринято было, то
сообразно договорам счастливо пребывающего союза и сходно
с дружбою, существующею между двумя империями, к вящему
оной приращению и утверждению усильные старания всегда
источаемы были.
Следовательно, беспрерывными извещениями, получаемыми
как со стороны начальствующаго Оттоманскою эскадрою капу-
дан-бея и находящегося при нем государственного Дивана
секретаря Махмут-Раиф-эфендия, так и правителя Янинского Али-
паши; старания и усердия, оказанные вами по сие время в
завоевании и занимании островов и в охранении и защищении
подданных, а особливо усердное старательство ваше для
споспешествования к завладению крепости Корфу, осажденной с общего
согласия и содействия эскадры Блистательной Порты, достойны
уважения. Не менее же и пребывание ваше в добром согласии
с упомянутыми Оттоманской Порты начальниками,
отзывающимися всегда о вас с благодарностию, заслуживают нашего
внимания.
В уважение же искреннего и доброхотного к обеим империям
вашего расположения и усиленного старания к оказыванию
чистосердечных тому опытов, его величество священнейший мой
государь изъявляет вам свое монаршее благоволение, а мы
свидетельствуем вам нашу дружескую похвалу и благодарность.
Подвиги и труды, понесенные вами в продолжении осады
крепости Корфы, поелику предприняты были согласно с
договорами дружбы, счастливо пребывающей между двумя союзными
государями, то и доброе согласие и искреннее расположение
продолжались завсегда между начальниками обеих империй.
И потому в знак дружелюбной нашей к вам ггривязаннооти при
сем пересылается табакерка, украшенная алмазами. Сей дар хотя
маловажный и уважения не достоин, но на принятие оного,
конечно, всегда снисхождение вами будет оказано.
Надеясь мы, что пребывание ваше в добром согласии
и дружбе с господами Капудан-беем, Махмут-Раиф-эфендием
и Али-пашою и впредь продолжится имеет, ожидаем, что при
употреблении с вашей стороны усердия и храбрости, завоевание
и покорение крепости Корфу, совершать будут свое событие,
и следовательно настоящее наше писание к вам препровождается.
С помощию божиею удостоверены быть извольте, что оное
служить будет к вящему утверждению взаимной приязни.
Мир да будет на следующих пути прямому.
Почтеннейшее письмо вашего высокопревосходительства, от
28 ноября 1798 года я имел честь получить. За поздравление
меня с получением высокомонаршей милости знаков ордена
Св. Александра Невского с бриллиантами приношу
покорнейшую мою благодарность. Предписания и повеления ваши наи-
усерднейше желаю выполнять с прилежноетию, но
