Дальше, думаю, объяснять не надо. «Лис», пополнив команду в Артуре, начал курсировать между Японией и Порт-Артуром, один раз во Владивосток сходили, как раз вернулись из него, стояли в порту, когда началась война. А началась она не так, как я задумывал. Совсем не так. Я не предупреждал никого и не трогал генералов-предателей да адмирала Старка, всё должно идти как шло, хотя бы в начале. Дальше уже буду импровизировать, как я это люблю, но… это пресловутое «но». Торпеда, что предназначалась броненосцу «Ретвизан», попала в «Лиса». Да так попала, что были исключены все возможности спасения судна и его дальнейшего использования. В котельное отделение она попала, и вода, что хлынула внутрь, разорвала котлы и трубки. В общем, село судно на дно, только надстройки виднелись в волнах. К счастью, команда хоть не пострадала. Две сломанные руки и рёбра у трёх матросов, но погибших нет. Кто-то даже свои вещички спасти успел, и сейчас мы двигались к берегу на трёх переполненных шлюпках, а Бета стоял и печально смотрел на мачты судна и – как издевательство – ажурную антенну радиостанции. Ну вот как так-то? Неудачное начало, но в принципе, не критично, тем более и затеял-то всё, чтобы прочувствовать, прожить именно жизнь простого офицера. В четырёх телах, ещё два на подхвате, так вот, это вполне нормально, поэтому переходим к плану «Б». Ну а то, что торпеда, шедшая на «Ретвизан», попала именно в «Лиса», хотя тот в стороне стоял и пострадать не должен был, не то чтобы уверен, но тут всё идёт, как и должно было идти. Однако броненосец остался цел, в него не попали, а «Лис» на дне. Поэтому и решил, что вместо «Ретвизана» пострадал. Ну да ладно, скоро рассвет, нужно высушить матросов, многие в мокрой форме, пострадавших в больницу, и как заработает штаб, нужный отдел посетить, чтобы вывели из запаса. Дальше видно станет по тому, куда служить направят.
Так дела и завертелись. Пришлось место постоя искать, одна большая комната нас шестерых вместила, тут тонкие матрасы на полу, на них спать буду. Дом-то корейский. С командой уже расстались, распустили, выдав выходные. Утром малых оставили и двинули в штаб флота. А тут, пока в четырёх телах стоял у крыльца входа, ожидая нужного офицера, вдруг частые выстрелы из винтовок. Я по звуку определил. Да что определил, я и стрелял. Оба малых выбили генерала Фока и Стесселя. Адмирал Старк был внутри здания, потому и не пострадал, но это ненадолго. Так что у четырёх старших братьев алиби, их все видели тут же. Как и все, они искали укрытие и залегали, когда поняли, что происходит. Впрочем, паника пусть и стояла, но малые благополучно ушли и уже в арендованной комнате, раздевшись донага, протирались мокрыми полотенцами, убирая вонь сгоревшего пороха. В этот раз оружие бросили, японские винтовки, но и всё – другого следа нет.
Ладно, пока всё идёт неплохо, так что всех четырёх братьев ближе к вечеру вывели из запаса, всё оформив. Теперь уже действующие офицеры, но пока по назначению глухо, сообщат, когда будет вакансия, взяли адрес, где я встал на постой. Также велели купить офицерское имущество. Этим я и занялся на следующий день. Более того, Бета снял с регистрации «Лис» и даже продал его останки одному купцу. На металл. Это теперь его проблема – освобождать бухту. Остальные побывали у портных, у двоих заказали пошив формы, по одному комплекту зимней, те сами нанесут эполеты и другие знаки различия «мокрых» прапорщиков. Потом по лавкам, купил четыре ремня с кобурами, наганы, вместо кортиков пока тесаки. Ну и остальное, что положено. Нормально закупились. Поэтому к вечеру получили форму, серьёзно переплатив, но портные успели. Как форма, так и шинели с фуражками были готовы и в полном комплекте. Переоделись, походили, привыкая, и остались довольны. Поэтому ближе к десяти ночи братья покинули город, все шестеро, и там подняли в воздух вертолёт, гражданский «Белл», у этой модели были поплавки, мог садиться на воду. А пока сближались с японцами, изучали курсирующие парами миноносцы, три пары было, я искал класс истребителей и нашёл пару, после чего двинул к ним.
Волны были высокие, садиться на них на вертолёте самоубийство. Алексей уже натянул зимний гидрокостюм аквалангиста, поэтому с пяти метров прыгнул в воду и, вынырнув, достал скоростной двухмоторный катер, да ещё не белый, как любят их красить, а камуфляж, где пятна серо-синих оттенков. Я готовился. Дальше высадил на верёвке остальных и, оставив вертолёт висеть на месте, сам спустился по верёвке, касанием по поплавку убрав его, так что Александра, он ранее сидел за штурвалом, поймали на руки остальные. Подлетать на вертолёте к миноносцам я не решился, звук насторожит, там движок довольно сильно ревел, услышат. Вон, перепугал дежурных и наблюдателей артиллерийской батареи, что защищала бухту, пролетев рядом с ними и удаляясь в открытое море. Дальше на катере нагнал два истребителя, я уже опознал их. Это были «Касуми» и «Акацуки», причём «Касуми» шёл головным.
