В конце 20-х годов верность Гоффманна, напоминавшая преданность феодалу, стала приносить плоды. Тень Гитлера — Гоффманн, осознававший себя инструментом пропаганды фюрера, получил награду в форме привилегий, которые давал уникальный пост «фотографа фюрера». «Личная дружба с Гитлером давала ему возможность делать снимки, позволявшие немецкому народу заглянуть в душу его великолепного фюрера», — писал председатель Союза фотографов рейха, когда ему с горечью пришлось осознать монополию фирмы Гоффманна 18. Связанный со своей моделью до гроба, Гоффманн целиком посвятил себя созданию харизматичного культа Гитлера, которому он и сам покорился. На фотографиях фотограф запечатлел образ идейного возвышения и просветления главы партии в роли «национального спасителя», к которому так стремились нацисты. Гоффманн не был интеллектуалом, как доктор Геббельс, руководитель отдела пропаганды, а впоследствии министр фашистского правительства, но он был опытным, прирожденным фотохудожником и финансистом. Он знал, чего от него ждут товарищи по партии, понимал желания покупателей фотографий, открыток и книг, посвященных Гитлеру.
В 1927 году Гоффманн открыл новый путь. Вдохновленный общественным интересом к личности Гитлера, он загорелся идеей презентовать фюрера «человеком, как ты и я». Товарищи по партии восприняли эту идею в штыки.
Сегодня знания о частной жизни политиков и знаменитостей кажутся неотъемлемой частью журналистской рутины. Но в начале 20-х годов прошлого века идея Гоффманна была не просто сенсационной, она вызвала шок. Его посчитали нетактичным вуайеристом, а его идею просто аморальной. Серьезные политики не должны были вести себя как звезды кинематографа. Но, несмотря на всеобщие ожидания, Гитлер согласился, и фотограф выпустил на рынок фотографии личной жизни фюрера, сконструированной специально с этой целью.
Благодаря таланту Гоффманна создавалось впечатление, что в истории Германии не было политика или государственного деятеля, настолько близкого народу. Фюрер был не против выставить свою личную жизнь на суд общественности и был готов позировать перед фотоаппаратом, якобы потому что ему, в отличие от всех остальных, было абсолютно нечего скрывать. Дезавуируя политиков других партий в роли «бонз и скрытных жидов», Гоффманн представлял «Адольфа Гитлера как человека», «Гитлера как лучшего друга детей», «Гитлера как защитника молодежи». Долгие годы трогательные фотографии создавали образ бесценного характера Гитлера, отражали его натуру, достойную любви. Они оказывали идеологическое воздействие. Еще в 1927 году возник лозунг «Даже малыши могут познакомиться с фюрером», который последовательно использовался в президентской предвыборной кампании в 1932 году. Также возникли лозунги «Ему принадлежит молодежь — ему принадлежит будущее», а также «Гитлера любит весь народ».
Фоторепортерская деятельность Гоффманна усилила позиции фашистской прессы, которая вела ожесточенную борьбу с общепринятым мещанским и прогрессивным левым лагерем. До осени 1932 года существовало 200 ежемесячных, еженедельных и ежедневных газет политических противников НСДАП. В партийных кругах с неудовольствием отмечали, что многие сторонники НСДАП по традиции оставались верны своим старым читательским предпочтениям. «Если бы мы могли увеличить тираж [наших нацистских газет] до одного миллиона, все равно 11–12 миллионов избирателей нашей партии читали бы другие газеты», — жаловался начальник отдела прессы Отто Дитрих 19.
