В парнике делалось душно, девушка расстегнула рубашку. Стенки сделаны из толстого стекла. Пленки не изобрели ведь еще, не так ли?.. Перри бы придумал способ… Рина зажмурилась и мотнула головой, разозлившись. Как он мог… заставить ее поклясться?.. Ничто в мире не вечно. Это касается и родственных душ. Они уходят. Сами по себе, от времени, от случая… Это не самое главное. Они уходят, а в твоей душе остается дыра. Потому заставлять любить себя — немилосердно. Так что пусть она эгоистка. Но эгоистка для того, чтобы остаться хоть чуть-чуть милосердной. Не разочаровать. Не убить горем. Даже случайно…
Котенок лизнул ее пальцы шершавым языком. Рина задумчиво улыбнулась, почесывая ему между ушей.
— Будешь Айн, ты, черный, Цвай, а рыженький — Драй. Все гениальное просто.
Рина хлопнула себя по коленкам, одновременно засовывая противно горькие мысли подальше, собрала с земли свой урожай и отправилась в дом.
— А теперь мне надо найти поставщиков молока и яиц… Ты со мной, Бро? Что там сидишь такой недовольный? Идем хозяйство разбирать. Или таки вычеркнешь меня из списка питомцев?
— Идем, — мотнул головой Бродяга не очень довольно. — Сидеть! — приказал, шипя, Айн, Цваю и Драю.
Только тех приказы черного дяди не интересовали, ведь в мире слишком много захватывающих вещей.
* * *
— Холодильник?.. — расширил глаза Бродяга, когда Рина, выгрузив на стол сторгованную за полталера провизию, утерла лоб.
— Конечно. Я же не съем все это за день. А холодильник… тут под обрывом есть заводь, в ней и попробую. Только сначала — сделаю салат и ПОЕМ! Та-ак…
Рина выпрямила пальцы и пошевелила ими, морщась от случайно блеснувшего аметиста. Снять его пока духу не хватало. Да и с горожанами спокойнее. Уже пара торговок косились на него, что-то обсуждая. Или мужа, или способ украсть. Только, если верить Молнии, в дом ведьмы они ходить боятся. Так что тут, как в крепости.
Напевая веселый мотивчик, Рина порылась в тумбах и отыскала нож. Взмахнула им показательно и рассекла воздух, изображая ниндзя.
— Поражаюсь твоей непробиваемости, — фыркнул кот.
— А знаешь, ведь мы рождаемся с криком, умираем со стоном, остается жить со смехом, — сострила Рина и прикусила язык; вспомнила, от кого совсем недавно слышала эту фразу Гюго. Отбросила волосы за плечи. — И питаться надо хорошо, наслаждаясь жизнью. Вот.
— Тебе бы Светочей искать, а ты дом устраиваешь…
— Бродяга, перестань брюзжать, — не выдержала Рина. — А то я рассержусь и обстреляю тебя яйцами, — девушка усмехнулась, чтобы смягчить укол. Но кот все равно обиделся. — Прости, настроение ни в какую. Так что показываться в мире мне вредно. Лучше я свою злую энергию вбабахаю во что-то неодушевленное. Злую энергию, — она расхохоталась зловеще. — Самое то для ведьмовского дома, а?.. — и начала кровожадно крошить огурцы.
* * *
Рина в закатанных брюках ограждала запруду на берегу в маленькой неглубокой пещерке. Спуститься сюда можно было только от ведьминого дома. Заход только с моря. Идеально для хранилища.
— А от зверюшек всяких накрою камнями, — решила Рина, натаскивая глыбы.
Бродяга с Молнией, Айн, Цваем и Драем расположились чуть над прибоем. Цвай и Драй пытались поймать волну, с писком отпрыгивая назад. Айн подставляла солнцу пузико с блаженством на носу. Бродяга и Молния беседовали, до ушей Рины то и дело посреди мяукания долетали обрывки фраз: «у тебя классная шерсть», «какая ты умная!», «да, моя питомица бывает противной». Рина закатывала глаза, но предпочитала не вмешиваться в кошачью романтику.
Бросив очередной камень на кучу, она со вздохом уселась на валун и болтнула ногой по воде. Усмехнулась и поджала губы. Как бы она ни пыталась, его глаз не забыть. Сама виновата. Раскрыла сердце, балда. Стукнула кулаком по валуну, посмотрела на кольцо. Как было бы здорово, если бы он появился сейчас тут, рядом, и обнял…
Рина замотала головой. Нельзя мечтать об этом. Она и сама колючка, и жизнь не сахар. В такой жизни лучше тихо прозябать в ведьмовском доме на отшибе.
Еще бы научиться вышибать огонь огнивом и кремнем.
С моря раздались крики. Рина прикрыла глаза ладонью от солнца и всмотрелась в сторону горизонта. Там шла рыбацкая лодка под парусом, и часть вчерашней публики махала руками, выкрикивая что-то, в том числе «трубадур!»Первой реакций было спрятаться в пещерке. Только Бродяга не дал.
— Рина! — спрыгнул он вниз с их с Молнией возвышения. — Они кричат, что нашли кого-то на берегу.
— Нашли… кого-то? — повторила Рина. — А я при чем? — и прикрыла ладонью рот. — На берегу?.. — сердце упало. Стало и сладко хорошо и тягуче страшно. — Но я… какое имею отношение…
— Предлагают тебе посмотреть, — довольно пошевелил усами кот. — Ты что ж, вдруг это он?..
— Он… — снова попугайски повторила Рина, замирая. И не замечая, что ступни криво стоят на неудобных камнях. — Но это же невозможно…
— Во времени всякое бывает, — загадочно улыбнулся Бродяга. — Ну, давай же!
