Печально откланявшись, комиссары покинули "Селафаил". Утром следующего дня, не увидев в гавани вчерашнего брига, Сенявин поинтересовался:
– Куда подевались давешние цесарцы?
– Так что к Лористону подались! – выяснив, доложился флаг-офицер.
– Значит, крючок наш заглотили, – посмеялся вице-адмирал. – Сейчас им Лористон отдаст Рагузу! Держи карман шире!
Русский главнокомандующий оказался настоящим провидцем. Едва французский генерал услышал идиотское предложение об оставление им столь дорого стоившей Рагузы, у него даже не было слов от возмущения:
– Я!.. Рагузу!.. Отдать!.. Во-о-он!!!
На этом визит австрийских парламентеров к французам и закончился. Спустя две недели уже знакомый бриг вновь объявился на рейде Катторо. Австрийцы снова поплелись на "Селафаил"… Вид у них на этот раз был уже не столь самоуверен как в прошлый раз. Граф Беллегард теперь больше отмалчивался, а переговоры вел его помощник граф Лепин.
– Вы поймите, – убеждал долговязый Лепин Сенявина, потрясая для большего впечатления перед его лицом обеими руками. – Наполеон ныне угрожает нам не только удержанием Браунеуской цитадели, но грозиться забрать себе в карман наши порты Триест и Фиуме! И все это только из-за того, что вы, адмирал, упрямитесь и не желаете уйти из Бокко-ди-Катторо!
– Увы и ах! – отвечал на это Сенявин. – Мы уже обо всем с вами договорились! Рагуза!
– У нас к вам есть встречный весьма интересный план! – загадочно заулыбался вдруг граф Лепин.
– Какой же? – с удивлением поинтересовался Сенявин. – Неужели у вас еще может быть хоть что-то свое?
– Наш план гениально прост, – начал посвящать в суть своих умозаключений венский комиссар. – Суть его такова: мы занимаем для начала все северные области Старой Рагузы и тем самым отделяем вас в Катторо от французов! Мы буфер! Вот вам и гарантия спокойного оставления Катторо! Ни правда ли, великолепный ход?
– Да уж, ход, что надо! – покачал головой Сенявин. – Спасибо вам, господа за столь мудрый совет! Я буду думать!
Окрыленные мнимым успехом, австрийцы убыли восвояси. Сенявин, сидя за столом, в задумчивости барабанил по нему пальцами. Разумеется, что австрийский план – это полнейшая ересь. На такие условия он никогда и ни за что не согласится. Однако, чтобы потянуть время, пока можно и сделать вид, что нас вроде все устраивает. Заодно интересно поглядеть, как отнесется ко всему этому Лористон и что предпримет! По крайней мере, со всеми переписками это даст выигрыш еще в два-три месяца, а это уже кое-что! Казалось, что решение найдено. Все уже приготовились ждать столичных решений, и каждая из трех сторон уже просчитывала свои варианты в новой начавшейся игре, когда раздался гром среди ясного неба.
– К вашему высокоблагородию французский капитан Техтерман из Анконы! Документы личность и положение подтверждают! – доложил флаг-офицер. Сердце Сенявина томительно заныло. Французский капитан? Из Анконы? За этим явно была какая-то очередная новость и явно далеко не из самых приятных.
– Зови! – коротко бросил он.
Поджарый француз, в заляпанном грязью мундире и не менее грязных лосинах, ввалился к нему в каюту, как наверно, привык вваливаться в свою конюшню.
– Слушаю?
– Вам пакет из Парижа!
– !!?
То было письмо статского советника Убри, который уведомлял Сенявина в том, что им, с ведома императора, только что подписан договор о мире между Францией и Россией. К письму прилагалась и выписка из мирного трактата, гласившая, что Россия согласна передать всю Старую Рагузу с Бокко-ди- Коттаро французам и очистить всю Далмацию в кротчайшие сроки. Француз испытующе поглядывал на русского адмирала.
– Вас разместят на ночлег! – не поднимая головы, бросил ему Сенявин. – Доброй ночи!
– Нет, нет, я очень тороплюсь обратно в Анкону! – замотал головой француз.
– Что ж, тогда прощайте!
Сенявин вызвал адъютанта:
– Проследи куда убудет этот француз! Кажется мне, что теперь ему нужнее посетить Лористона, чем тащиться в свою Анкону!
Всю ночь Сенявин не сомкнул глаз. Всю ночь он искал хоть малейшую зацепку, чтобы не исполнить и этого письма. И он ее нашел! Когда на следующее утро на борт "Селафаила" вновь прибыли австрийские графы-комиссары, Сенявин встретил их с притворным возмущением.
– Вы представляете, – говорил он своим гостям, расхаживая взад-вперед по каюте. – Вчера мне передали письмо, якобы из Парижа!
– Да! Да! Мы уже в курсе дела! – закивали те утвердительно головами, – Курьер привез мирный договор и выписку из трактата о передаче Катторо французской стороне. Все разрешилось само собой, как можно лучше!
– Все это, конечно, так, да не совсем! – отвечал Сенявин, не без удовольствия наблюдая, как вытягиваются лица его собеседников. – Ведь я совсем не знаю, кто он такой этот капитан Техтерман, а потому я вовсе не уверен, что письмо им привезенное является настоящим!
– Но он должен был предъявить вам паспорт! – почти закричал, вскакивая с кресла граф Лепин. – К тому же в письме должна стоять печать вашего посольства и подпись вашего Убри!
