Его заострившиеся зубы прикусили нежную кожу под подбородком, смешивая страсть со сладкой болью. Не выдержав нарастающего накала эмоций, я принялась сама расстегивать накидку, стремясь поскорее почувствовать излучаемый мужским телом жар.
Пальцы прошлись по круглой пуговице, и в глазах защипало от ощущения, что Звезда Моргенштерна вот-вот прожжет запястье до костей.
– Не… не могу! – простонала я и вскочила с колен Кайлана, растирая пульсирующую руку. От невыносимого жжения хотелось кричать. Я топталась на потертом ковре маленькой комнатушки, движениями стараясь облегчить боль.
Матрас издал странный скрип, когда Кайлан поднялся. Он неспешно стянул черное пальто, оставив его валяться на клетчатом покрывале, а когда грозно заговорил, я почувствовала себя забредшей в клетку льва мышкой.
– Адель, метка работает в две стороны. Если Аваддон эгоистично желает лишить нас последних моментов перед неизбежным, так подари ему весь спектр незабываемых эмоций. Уверен, он сам разрушит связь.
Я перестала мельтешить, запнувшись о край ковра.
– Может, Повелитель Смерти и заслуживает мщения за навязанный брак, но я не хочу снова причинять ему боль. – Признание, ставшее неожиданностью, раскатом грома прокатилось по комнате. – Аваддон тонет в разъедающей обиде на ту, которая лишила его крыльев, поэтому при малейшей слабине наши чувства смешиваются. Море его горя такое древнее и глубокое, что затягивает с головой, и пусть я не его спасительная гавань, но и разрушающим штормом не стану.
Жжение в руке вдруг перестало въедаться в кости, словно супруг меня услышал. Накалившаяся метка остывала, даруя легкость собственных эмоций.
Повелитель Смерти отступил, отказавшись забирать последнее, что я искренне желала, и добавлять в наш список противостояний еще один пункт, за который я сильнее его возненавижу.
Видимо, в моем лице что-то поменялось, потому что каждая мышца Селье напряглась. Он выпрямился, скрестив руки на обтянутой рубашкой груди, дожидаясь объяснений.
Но слова не ложились на онемевший язык.
Боль в руке затухала, как догорающий фитиль свечи, оставляя после себя пустоту. Одиночество. Свободу.
Не знаю, понял ли это Кайлан, но в одночасье его тело расслабилось, больше не напоминая скалу.
– Возьми меня, Кай, – тихо попросила я. – Пусть мы оба падем сегодня, но это будет
Больше говорить ничего не потребовалось. Самообладание Селье треснуло, подобно айсбергу, разбившемуся о скалистый берег. Над его головой всколыхнулся воздух, являя мощные, торчавшие вверх рога, а глаза затянула чернота.
Тени ответно дрогнули в углах комнаты, но не спешили нападать на демона, от которого замирал пульс и пела душа.
Один рывок – и нас соединил упоительный поцелуй, став живительным кислородом для наших обреченных душ. Я привстала на цыпочки и схватилась за рубашку Кайлана. Зубы клацали, языки переплетались, а мы терялись друг в друге как в зыбком песке.
Ловкие пальцы поочередно расстегивали пуговицы моей накидки, пока она не слетела на пол. Я пнула ее подальше, растворяясь в идеальном поцелуе Повелителя Похоти.
– Подпрыгни и обхвати мою поясницу ногами, – сквозь зубы потребовал Кайлан.
Руны на его рогах заблестели серебром, и первый легкий укол его силы не заставил долго ждать. Тело изнывало, желая быть заполненным. Селье чувствовал всплеск моей неудержимой похоти, но старался сдерживаться.
Не дожидаясь, пока я оттолкнусь от пола, Кайлан сжал мои ягодицы и рванул вверх. За считаные секунды мое лицо оказалось чуть выше его, а лодыжки скрестились на мужской талии.
Поцелуй мы так и не разорвали. Нутро подсказывало, что сейчас отказаться от волнующих губ Селье меня бы не заставило даже падение мира.
Я впилась ногтями в крепкую шею, царапая и сжимая, точно старалась оставить на бронзовой коже свои отпечатки, заклеймить его, изучить каждую родинку и выемку.
Движение вперед – и лопатки столкнулись с неровной деревянной стеной. Кайлан не скромничал, растворившись в выливающейся из нас потоком страсти. Вырвавшийся из меня стон он поглотил губами, вдавившись в меня всем весом.
Светильник рядом заморгал от натиска, а я заерзала, ощущая, как пах Кайлана твердеет под моими движениями.
– Адель, – уже знакомо предупредил он, чтобы я лишний раз не дергалась, но я не отреагировала, полностью отдавшись происходящему.
Прикусив его нижнюю губу, бесстыдно пропустила руку между нашими разгоряченными телами. Шерстяное платье задралось, и Кайлан сжал мое оголившееся бедро до сладкой истомы, а я обхватила его возбужденный член через натянувшиеся брюки.
– Ох, черт! – выругался Селье, когда я задвигала ладонью вдоль его длины.
Крючок магии вонзился сильнее, распаляя нутро. Возбуждение достигло предела. Кайлан играл со мной, отвечая на дерзкие поглаживания.
Грудь набухла, а между ног растеклась влага. Мне было необходимо перевести дыхание, и я не выдержала и прервала поцелуй. Моя голова упала в изгиб плеча Кайлана, но я не желала уступать превосходство в розжиге вожделения.
Извернувшись, Селье прикусил мочку моего уха, а я ускорила движения рукой, лаская напряженный мужской орган.
