Наши пальцы коснулись моей самой нежной точки, и я не сдержала свистящего выдоха, пробившегося сквозь горячий поцелуй.
Кайлан тут же принялся надавливать на клитор двумя пальцами, массируя его по часовой стрелке. Я ступила на новую тропу, ведущую к фантастическому наслаждению, зная, что Повелитель Похоти почувствует мою приближающуюся кульминацию и сам поддастся эйфории.
Напряженность сошла с плеч Кайлана растаявшей под солнцем лавиной, а лишившиеся моего контроля тени вырвались из углов комнаты. Точно хладные руки мертвецов, они поглаживали нас по обнаженным участкам тела, остужая жар.
Мы ускорились, желая достичь совместной кульминации. Матрас под нами противно заскрипел, а комнату наполнили неприличные звуки влажных тел.
– О! Да… – прохрипела я из-за саднящего от громких стонов горла, когда ласки клитора стали интенсивнее, пронзая искрами низ позвоночника. Кайлан рыкнул на тени, шкодливо дергавшие его за влажные волосы, а я усмехнулась.
Словно наказывая за неуместные смешки, он звучно шлепнул меня по ягодице и вонзился на всю длину, одновременно зажав пальцами чувствительный комочек.
Плотину контроля прорвало, и мое лоно сжалось вокруг Кайлана, уступая оргазму.
Тело затряслось от сладкого прилива, а когда Повелитель Похоти, не обращая внимания на мою разрядку, резко вышел и так же стремительно вошел, я потерялась в закоулках разума.
Пара отточенных движений, и моя пульсация охватила и его. Кайлан громко застонал, кусая губы в кровь. Рисунок чернильных вен, покрывший его лицо с начала соития, устремился тонкой паутинкой к шее, животу и паху. Пока он содрогался, изливаясь в меня густой жидкостью, крючки дернулись, но магия похоти не набросила пелену на реальность.
Зато я подчинилась влекущему на дно души призыву. Живущая там теневая клетка разбилась, разлетевшись темными осколками по белому пространству, и полностью разметанная воля соединилась с таящейся в ней золотинкой.
В груди растеклось тепло, точно от сердца побежали ручейки чего-то обжигающего.
Пока я перелистывала в голове тревожившие мысли, стараясь прогнать непрошено вырвавшуюся на свободу магию, Кайлан покинул мое тело. Легко приподняв меня одной рукой, он натянул штаны.
Я не спешила слезать с его бедер, лишь поправила спущенный лиф платья. Ладони опустились на быстро вздымающуюся от тяжести дыхания грудь Кайлана. Привстав на локтях, он наблюдал за мной как завороженный, а я далеко не сразу поняла причину его удивления и беспокойства.
В отличие от предыдущей страстной ночи, когда порезанные о рога Селье руки пятнала моя кровь Грааля, сейчас все происходило точно в кошмарном сне.
Мрачную душную комнату озарило яркое золотое свечение, прогоняя скопившиеся вокруг матраса тени. В ужасе крутя головой, я пыталась найти эпицентр всполоха и, когда осознание ударило по темечку, подавилась криком.
Мои прижатые к груди Кайлана ладони светились. Я опустила ошарашенный взгляд, отметив, что золотая рябь плыла выше по предплечьям, окутывая меня сверкающим ореолом.
Кровь Грааля не могла серьезно навредить Принцу Ада без усиления Небесным Хрусталем, который мы хотели получить в дар от архангелов. Она убивала только заурядных созданий тьмы, но то, что пробудилось в сознании, как оживший после столетней спячки вулкан, было мощным и необузданным. А главное…
Заключенный под моими ладонями золотой свет, вибрируя, проникал в Кайлана, светящимися лучиками внедряясь под бронзовую кожу.
Я была настолько поражена, что не могла отдернуть вмиг одеревеневшие руки, а Повелитель Похоти пугающе застыл подо мной.
Что-то горячее полилось мне на сложенные поверх друг друга ладони, вырывая из оцепенения.
Я вскинула голову и… все-таки закричала. Тьма мироздания, живущая в венах Кайлана, заменилась золотом, его лицо светилось, а изо рта и носа текла кровь.
Мой крик звонко отразился от каждого предмета мебели, оглушая. С трудом, но я умудрилась оторвать руки от Кайлана. От завладевшего моим телом потрясения движение получилось слишком порывистым, и я упала с матраса, глухо приземлившись на задницу.
Все, что пришло на больной ум, – это отодвинуться от Селье как можно дальше. Я быстро отползла к тумбочке, оцарапав гудящие силой ладони о шершавые половицы, и уперлась в нее спиной.
– Кай! – на срыве позвала я, проглатывая подступающие к горлу рыдания. Он сидел неподвижно, облокотившись на матрас. Золото больше не подсвечивало его вены, угасая, но кровь изо рта продолжала пачкать крепкий торс.
Я поднесла трясущиеся руки к лицу, ожидая увидеть лучившийся из них свет, однако они больше не походили на эпицентр золотого урагана. Моя кожа стала привычно бледной, а пританцовывающие на пальцах тоненькие теневые вихри словно поглощали вырвавшийся из глубин свет.
– Кайлан! – завопила я, на мгновение уступив гуляющей возле края самообладания истерике, но Селье не отвечал. А когда я присмотрелась к нему лучше, сердце пропустило удар и грозилось больше никогда не заработать.
