Хрюкая и надменно смеясь, они свернули к площади.
Не знаю, что со мной сделал Гавриил, но сейчас сражение даже с низшими демонами лишило бы меня последних сил, а моим главным приоритетом все еще оставалось проникновение в замок.
Помимо разговора по душам с Аваддоном, я планировала навестить одну старую знакомую и навсегда поставить точку в ее правлении.
Шаркающие шаги монстров отдалились, и я, обойдя обломки кареты, двинулась к центральным воротам, отделяющим город от территории замка. С двух сторон от них несли караул все те же высокие демоны в сизой броне, только мерзкие лица этих скрывал шлем с гравировкой в форме роз на поднятом забрале.
– Хочу видеть Повелителя Смерти, – отчеканила я и, гордо расправив спину, остановилась на безопасном от монстров расстоянии.
Испытующие взгляды сразу восьми глаз прилипли ко мне, как пожухлые листья к ботинкам.
– Какая жалость, мисс, но демоны не ведут светских бесед с людишками. Если только вы не желаете предоставить ваш милый ротик для иных целей, – похабно высказался самый широкоплечий стражник.
Трое его друзей разразились грубым каркающим смехом, отразившимся от стен ближайших зданий.
Я хмыкнула, но не от оскорбительного предложения, а от вырисовывавшейся в голове картинки, как демоны, узнав во мне супругу Аваддона, которой только что предложили поразвлечься, сжирают свои бескостные языки.
Капюшон слетел с головы, являя недалеким монстрам мою личность. Чтобы у уродцев отпали последние сомнения, позволила вихрю теней пробраться в радужку своих глаз.
Тот, кто вел со мной диалог, закашлялся. Сослуживец постучал его по спине когтистой лапой, а двое остальных принялись внимательно изучать свои мечи.
– Ведите! – гаркнула я, и вся четверка разом встрепенулась. Я слабела, поэтому, даже если бы захотела, не сумела бы скрыться в межмирье настолько, чтобы успеть пересечь эспланаду. Единственным разумным способом беспроблемно попасть в замок было открыто заявить о себе.
– Как прикажете, наша Повелительница.
От такого громкого обращения свело зубы. Статно прошествовав вперед, я дождалась, пока охранники распахнут передо мной решетчатые ворота, пропуская во внутренний двор с обвитыми плющом статуями.
Двое демонов отделились от остальной охраны и, встав по бокам, сопроводили меня к замку. Я шла по длинной аллее, стараясь не глазеть на любимый сад матери, покрытый снежными шапками, чтобы не поддаваться ностальгии.
Приблизившись к главному входу, я привычно запрокинула голову, наблюдая, как деревянная дверь с причудливыми узорами со скрипом поднимается. Этот сложный механизм изобрели мои родственники задолго до прихода Елены к власти, сделав его главной достопримечательностью фамильного замка Грей.
– Дальше я сама, – гордо объявила я двум сопящим уродцам.
Тот, что стоял справа, задумчиво постучал себя по шлему, но спорить не стал, второй же рискнул возразить:
– Думаю, нам лучше проводить вас до тронного зала…
– Думать не в вашей компетенции, – огрызнулась я и обрубила последнюю возможность увязаться за мной. – Хочу сделать супругу сюрприз. Неужто посмеете испортить наше жаркое воссоединение своими рожами?
Сообразив, что лучше не попадаться Аваддону под горячую руку, монстры низко поклонились и побрели обратно к своим сослуживцам.
Не дожидаясь, пока демоны исчезнут за деревьями маминого сада, я шагнула влево, в узкий коридор для слуг и охранников. Он прятался за стеной из гобеленов, создавая впечатление, что прислуга появлялась в центральном холле чуть ли не из воздуха. Еще одно удивительное зрелище для гостей замка.
Пульс сотней молоточков застучал в голове. Уповать на тени не приходилось, ребро ныло все сильнее, истощая источник магии. Я попыталась достучаться до золотинки, но даже новоприобретенная сила отказывала в помощи.
Пока вновь не наткнулась на патруль демонов или служащих замка, вильнула вправо, обогнув деревянную лестницу, за которой располагалась кухня.
В конце невзрачного коридора висела картина, передающая красоту старых аббатств глубокой осенью. Ее поместили туда не случайно, скрывая за произведением искусства тайный вход в темницы, часто используемый для перемещения пленников в обход лишних глаз.
– У меня все руки в мозолях, – возмущение служанки в черном переднике напугало до полусмерти.
Две девушки вышли из кухни. Я успела вовремя пригнуться, укрывшись за статуей волка в нише. Эти умные свирепые животные довольно часто изображались на фамильных портретах вместе с моими предками, олицетворяя символ правящей династии. Именно поэтому мои тени принимали облик волков, ассоциируясь с защитниками рода.
Неуклюже стукнувшись локтем об угол постамента, я прикусила язык, сдерживая рвущуюся наружу брань.
