Недоумение на его лице стало ещё более глубоким и явным.
— Прости, Александр, позволь я уточню. То есть единственная причина, по которой ты не можешь принять моё предложение — это твоя работа в университете?
— Да. К сожалению…
— Тогда я не вижу тут никакой проблемы, — неожиданно произнёс Молотов. — Что же ты мне раньше не сказал об этом?
— Что?
Так. Ладно. Я не люблю выглядеть ошарашенным и удивлённым. Мне с детства казалось, что я в такие моменты смотрюсь глупо. Но тут даже поделать с собой ничего не смог.
И, похоже, что это так и было, потому что на лице Молотова появилась добродушная усмешка.
— Посмотри туда, — подсказал он и указал рукой куда-то в дальнюю часть своего кабинета.
Повернув голову, я присмотрелся. Ну, обычная «стена славы». У меня тоже такая была в прошлой жизни. В чёрных и простых на вид, но весьма элегантных и вписывающихся в общий стиль кабинета рамках висели снимки. Множество снимков. На них фотографы запечатлели Молотова, только более молодого. Где-то он стоял с другими людьми. Где-то в одиночестве. На некоторых фото я узнал центральное здание суда столицы, только с чуть другим декором. Видимо, здание с тех времён претерпело изменения. Были там и газетные вырезки всё в тех же рамках и с крупными заголовками. Сами заголовки были разные, но большинство из них упоминали в себе фамилию Молотова.
Ну, как я и сказал, обычная «стена славы». Такая в прошлой жизни была и у меня. И плевать, что кто-то считает подобное потакание и подобострастное отношение к собственным былым успехам. Это всё равно были успехи и победы, так что грех ими не гордится. Но я всё равно не понимал, о чём именно говорил Молотов.
Видимо, и он это понял, а потому дал мне небольшую подсказку.
— Смотри левее от центра. Крупный снимок.
Последовав его совету, я нашёл глазами крупную фотографию. На ней оказалась запечатлена группа из четырёх человек. Опять же, к моему удивлению, я знал троих из них.
Вячеслав Молотов стоял на этой фотографии с невысоким, чуть полноватым и коренастым мужчиной. Обоим, если верить фотографии, было лет по двадцать пять. Вряд ли сильно больше. Одетые в парадные тёмно-синие мантии, они явно испытывали огромную радость от момента, в который их сняли. Одни только счастливые улыбки чего стояли.
— Этот снимок мы сделали, когда выпустились из университета, — пояснил Молотов. — Думаю, что мне будет совсем нетрудно попросить Аркадия дать тебе… ну, скажем, небольшой отпуск на одну неделю.
— Вы учились вместе с Аркадием Ростиславовичем?
— Да. Даже были на одной кафедре, — Молотов негромко рассмеялся. — Но его, в отличие от меня, никогда не привлекали большие деньги. Можно сказать, что в каком-то смысле работа преподавателем стала для него призванием. В конце-концов ведь именно он помогал мне сдавать экзамены.
А вот тут уже я не удержался от смеха.
— Экзамены? Вам?
— Что поделать? — Молотов весело пожал плечами. — Я хорошо знаю свою работу, но ненавижу отвечать на скучные вопросы. Как говорил один мудрец, я обожаю учится, но не переношу, когда меня поучают. Я хорош в активной работе, Александр. В общем-то, как и ты, я думаю. Но сейчас это не так уж и важно. Главное, я уверен в том, что Аркадий не окажет мне в просьбе дать тебе небольшую передышку. Особенно после того, как ты спас его учебное заведение от крайней ужасной трагедии.
— Значит, и про это знаете.
Я уже даже не спрашивал. Просто констатировал факт.
— Как я уже сказал, я привык держать руку на пульсе, — хмыкнул он. — А уж когда в моей альма-матер чуть не случилась такая драма, узнал сразу же. И, опять-таки, должен отдать тебе должное. Переоценить то, что ты сделал для этой девушки, вряд ли у кого-нибудь получится.
— То есть вы считаете, что сможете его уговорить?
— Мне не нужно никого уговаривать, Александр, — мягко поправил меня Молотов. — Я лишь попрошу его об услуге, как старого друга. Учитывая твои заслуги, я не думаю, что он нам откажет.
— Вы до сих пор не рассказали мне о сути дела, — напомнил я ему.
— Я не рассказал тебе о его сути, Александр, потому что самого дела ещё нет. Но, если не вдаваться в столь притязательные подробности, могу сказать так. Мой старый друг, который живёт в Конфедерации, попросил моей помощи.
— И у вас есть аккредитация для того, чтобы оказывать юридические услуги на их территории?
— Конечно, — кивнул он, будто это было само собой разумеющимся. — Более того, не считая Конфедерации, у меня есть лицензия для оказания подобного вида услуг на территории Французской Короны, Британской и Германской Империй. И я продолжаю поддерживать их в активном состоянии. Так что, как видишь, тут проблемы не будет.
Молотов встал с кресла и направился к своему столу.
— Как я уже сказал, моему другу нужна помощь. Места в самолёте для меня уже забронированы, а вылет на следующей неделе. Так что времени на решение у тебя не так уж и много. В любом случае, я думаю, что эта поездка будет для тебя крайне интересной и…
— Зачем?
Заданный мною вопрос повис в воздухе. Молотов поднял голову и посмотрел на меня.
— Что именно ты хочешь спросить, Александр?
