И мне это не нравилось. Абсолютно не нравилось. Нужно её расшевелить. А то она так и перегореть может.
Схватив куртку, я вскочил из-за стола и побежал следом за ней…
…ага. Как же.
Я спокойно остался сидеть за столом, глядя на то, как Лазарева шла в сторону выхода. Бежать сейчас за ней было бы худшей идеей, которую только можно придумать в жизни. Даже если я сейчас добьюсь от неё реакции, то ничего стоящего из этого всё равно не выйдет.
Происходящее стоило обдумать. Очень хорошенько обдумать.
Ладно. Пусть разговор у нас и не вышел, но увидеть Лазареву с такой вот непривычной для себя стороны было в каком-то смысле даже интересно. Главное, чтобы это не вышло ей боком. А то видел я людей, которые в порыве кардинально изменить свою жизнь прилагали столько усилий, как физических, так и эмоциональных, что это приводило к быстрому выгоранию человека изнутри. И тогда всё становилось ещё хуже.
Допив кофе и встав из-за стола, я прихватил куртку и направился к выходу. Надо вернуться в аудиторию и забрать сумку. Я даже в какой-то момент подумал о том, чтобы оставить ее там. Всё равно кроме меня эту аудиторию никто не использовал. А ничего важного в сумке не было. Но потом передумал. По пути достал зазвонивший телефон и глянул на дисплей. Имени не было, но номер Князя я и так знал наизусть.
— Да?
— Не занят?
— Как раз собирался ехать домой, — отозвался я. — Пришлось задержаться ненадолго.
— Хорошо, — произнёс Князь, и я услышал в его голосе довольные нотки. — У меня для тебя есть отличные новости. Ну, в каком-то смысле.
— Хорошие новости — это всегда хорошо, — отозвался я, отходя в сторону и пропуская через вход большую ораву студентов. Очередная пара закончилась как раз минут пять назад, а дальше должен был быть перерыв в тридцать минут. Так что все, кто хотел перекусить, могли воспользоваться шансом. — Что случилось?
— Один наш знакомый с очень горячим нравом покинул город. Мои люди в аэропорту сказали, что его самолёт вылетел оттуда двадцать минут назад.
— Даже так?
— Ага. Если поданный им полётный план верен, то он летит во Францию, но тут, сам понимаешь, вилами по воде писано, учитывая его замок в Альпах и имеющуюся там портальную сеть.
— Да, Князь. Я тебя понял. Но в любом случае — это хороший знак. Если ему сейчас не до меня, то жаловаться у меня причин на это нет.
Мы долго думали, как решить проблему с Браницким. Учитывая его характер, надеяться на то, что он просто так оставит ситуацию с Эри и спустит всё на тормозах, я и не рассчитывал. Не тот он человек. Нет, Константин Браницкий может выждать столько, сколько, по его мнению, будет нужно, но то, что ответка последует, — я даже не сомневался.
В итоге решили откупиться. Хотя бы на время. Я до сих пор не знаю, как Князю это удалось, но он смог раздобыть одну из картин, которая, как он заявлял, принадлежала руке матери Браницкого. Еще по нашему совместному походу в галерею и состоявшемуся разговору я помнил, как тот относился к этим полотнам.
Точнее, Князь узнал, где именно она находится.
Может, это и сработало. Пусть и от части. Браницкий был в городе, но на горизонте не появлялся и мне не мешал. По словам Князя, это было связано с тем, что сейчас наш пылкий граф мотался по личным поручениям самого Императора по европейской части страны. Кто другой, может быть, и успокоился бы, но я-то знал, что долго это затишье не продлится.
И когда штиль сменится бурей, лучше найти себе зонтик побольше. Желательно негорючий.
— Ладно. Буду иметь в виду, Князь. Спасибо за то, что сказал.
— Да не за что, — усмехнулся он в трубку. — Ладно. Приезжай. Мария заказала новые сиропы для кофе. Хочет на тебе пару рецептов протестировать…
Едва только он это сказал, как у меня тут же скулы свело от воспоминаний. Мари уже один раз попыталась поэкспериментировать со вкусами. Лавандовый раф с арахисом на кокосовом молоке… мерзость. Ну хорошо хоть она ещё не дошла до йогуртового латте или что там за дрянь Анна пила в своё время?
— Ладно. Скоро буду, — вздохнул я, пропуская мимо себя последнюю плотную группу студентов и направляя к выходу. — Скажи ей, чтобы в этот раз ничего сладкого, или я…
Какие именно кары я собирался пообещать Мари за очередное надругательство надо мной и любимым напитком, Князь так и не узнал. Только я собирался пройти через дверь, чтобы покинуть столовую и выйти в коридор, как в меня на полном ходу врезался невысокий парень лет восемнадцати. Влетел, что называется, как паровоз, едва не сбив меня с ног.
А я, отброшенный на пару шагов назад, налетел спиной ещё на кого-то. Зал столовой наполнился звуками бьющейся посуды и испуганными возгласами.
— Прошу прощения, — я быстро развернулся для того, чтобы оценить причиненный ущерб и… ох, лучше бы я этого не делал.
Стоящая у меня за спиной высокая девушка держала в руках поднос, все содержимое которого теперь неторопливо стекало по её костюму прямо на пол.
Через пару мгновений, оставляя на красивом бежевом пиджаке жирные пятна, на пол упали остатки прилипшей к одежде карбонары. Девушка подняла взгляд и посмотрела на меня.
