Женщина впилась в него ошалевшим взглядом, так как с высоты скромного стула своей власти совсем не привыкла к таким ответам.
— Вы что себе поз…
— Я задал конкретный вопрос, — холодно перебил её Калинский, который совсем не имел желания тратить время на эту мымру. — Вопрос, на который вы обязаны ответить. Я не пациент, которому можно говорить «приходите завтра». Я человек, у которого есть полномочия. Будет очень обидно, если мне сейчас придётся позвонить в юридический отдел вашего госпиталя или в приёмную главврача. И поверьте — дальше будет дисциплинарная проверка, которой я добьюсь в отношении вас. И когда она закончится, то вы определённо не сможете более радовать себя той жалкой крохой власти, которой упивались всю свою жалкую жизнь до этого момента.
Тётка насупилась, поджала губы и шумно задышала носом, не зная, что ответить на такой выпад. А вот Лев прекрасно знал. Как и то, какие проблемы он может для неё создать. Как и то, что, являясь адвокатом, он имеет несколько более широкие права по посещению пациентов.
Особенно в том случае, если эти пациенты в скором времени собираются стать его клиентами.
— Номер палаты, — вкрадчиво произнес он. — Скажете — и все пойдём по своим делам.
— Фамилию скажите, — сдалась регистраторша, а затем опустила взгляд в стол и негромко добавила: «Пожалуйста».
— Другое дело, — усмехнулся Лев. — Жеманов Георгий Иванович.
— Итак, чисто для справки, — сказал я, снимая куртку. — Чего именно ты хочешь?
— Говорю же. Хочу, чтобы ты закрыл эту сделку. Прямо тут. За этот вечер, — ответил Роман, продолжая дымить сигарой. — А что? Боишься, что не справишься?
Делал он это больше для вида. Да и я знал, что сигары в затяг не курят. Тем не менее, не могу не ответить, что аромат был… приятный, как это не удивительно.
— Я? Не справлюсь? — моё лицо растянулось в азартной усмешке. — Мне напомнить, кто именно это предложил?
— Так, моё дело предложить…
— И взвалить мне на плечи эту ношу, — подсказал я.
— Верно, — не стал отнекиваться Рома. — И взвалить на тебя эту ношу.
— А не слишком ли много доверия? — спросил я с иронией. — Если уж элитные бойцовые псы и акулы юриспруденции «Л Р» не справились, то чего ты ждёшь от меня?
— Не знаю, — легкомысленно пожал плечами Лазарев. — Может быть, свойственной тебе непосредственности и оригинальности. Удиви меня.
— Удивить тебя? Оригинальности? — Я посмотрел на него со скепсисом и передал свою куртку портье в гардеробе.
Тот осмотрел её с каменным выражением на лице, но эмоции его я ощущал прекрасно. Пренебрежение с лёгким налётом брезгливости. Разве что двумя пальцами не держал. Впрочем, понять его можно. За спиной у него висели сплошь кашемировые и шерстяные пальто, стоящие десятки, если не сотни тысяч рублей. Сразу видно, что мой полупуховик тут будет выделяться, как бельмо на глазу.
— Чего? — спросил я.
— Ничего, господин, — выдал портье с каменным лицом, но в конце концов так и не смог удержаться. — У вас прекрасный вкус.
В ответ на эту завуалированную издёвку я чуть не заржал.
— Ещё какой. Только вы за капюшон вешайте, а то петелька недавно порвалась.
Где-то за моей спиной от смеха хрюкнул Роман.
— Эх, знаешь, вроде всего полтора месяца прошло, а я уже соскучился.
— По мне?
— По этой твоей непосредственности, — весело фыркнул он. — Мало кто на моей памяти может с таким самодовольным лицом попирать устои.
— Пффф, — я даже глаза закатил. — То ли ещё будет.
— О, я на это надеюсь, — не стал спорить Рома. — А я ведь говорил ему, что он сглупил.
— Отцу?
— Ага. Давить на тебя было самым идиотским решением, которое он только мог принять. И теперь тоже самое устроил с Настей…
— Так, стоп, — тормознул я его. — С Настей? А с ней-то что случилось?
— Вы же вроде в одном универе ошиваетесь, — напомнил он мне. — Разве ещё не поговорили?
— Поговорили, — вздохнул я. — Но разговор так себе вышел. Знаю только то, что она взбрыкнула и ушла из дома.
— Ясно, — Рома поморщился. — В общем, всё так. Настя решила пожить немного отдельно от семьи…
— Это по этой причине твоя машина вернулась к своему владельцу? — уточнил я у него.
— В том числе. Решил, так сказать, помочь ей в сложный момент, — спокойно поведал мне Рома и отошёл в сторону, чтобы пропустить мимо себя двух мужчин, которые шли к гардеробу и что-то увлечённо обсуждали между собой. — Другой вопрос — надолго ли её хватит?
— Просто хочу уточнить, — сказал я. — Настя окончательно свалила из своих хором? То есть, не передумает?
— Ага.
— И теперь живёт одна бог знает где?
— Ага.
— И что? Это совсем никого не колышет?
Он явно снова хотел сказать «ага», но оборвал себя, огляделся по сторонам.
— Слушай, только между нами, — произнёс он, немного понизив голос, как если бы действительно боялся, что его могут подслушать. — Конечно колышет! Наши люди присматривают за ней, на тот случай, если её затея выйдет из-под контроля. Разумеется, отец не будет рисковать Настей и позволять ей творить…
— Она тебе машину вернула просто так? — перебил я его и следом быстро добавил. — Или…
