Вероятно, именно поэтому на его лице появилось столь сильное раздражение, когда стоящий на его рабочем столе внутренний телефон неожиданно зазвонил, разрушив созданную этим мгновением магию.
С недовольным лицом Евгений повернулся в кресле и снял трубку.
— Ира, я же говорил тебе, чтобы меня не беспокоили до двух часов, — тщательно скрывая раздражение в голосе, проговорил он в трубку.
— Да, Евгений Валентинович, я знаю, — тут же запричитала его личный секретарь извиняющимся тоном.
Впрочем, злился он на неё недолго. Всё же у неё были достаточно длинные ноги и прекрасная фигура, чтобы Евгений позволял себе любоваться ею каждый раз, когда она приносила ему какие-либо бумаги.
Впрочем, о чём-то большем он и не думал. И дело даже не в кольце на безымянном пальце правой руки. Нет. Проблема заключалась в отсутствии хорошо прописанного брачного договора. Глупость, сделанная им ещё по молодости. А сейчас уже совесть не позволяла предложить такое супруге. Так что рисковать своим имуществом, затевая глупую интрижку на рабочем месте, Евгений никогда бы не рискнул из страха потерять по меньшей мере половину всего того, что у него было. Потому что его любимая супруга была той ещё расчетливой стервой и не успокоилась бы, пока не обобрала его до последней нитки.
Так что подобные «игры» он позволял себе лишь с «особыми» девушками. Которые никогда и никому не расскажут о подобном и…
— … и он сказал, что ему требуется немедленная встреча с вами, Евгений Валентинович.
Сидящий в кресле мужчина вдруг обнаружил, что абсолютно бессовестным образом прослушал слова своей секретарши.
— Прости, Ира, можешь повторить ещё раз, что ты только что сказала? — попросил он. — Кажется, я прослушал.
— Ой, да. Конечно. К вам пришёл инспектор из ИНС. Говорит, что ему требуется немедленная встреча с вами по важному вопросу.
Что-то внутри Евгения оборвалось в этот момент. Имперская налоговая служба не тот орган, людей из которого зовут себе в гости. Они сами приходят. И последствия их прихода, как правило, не сулят ничего хорошего.
А уж если это полноценный инспектор, то всё могло оказаться ещё хуже. Ищейки от мира финансовых преступлений, они обладали крайне широкими полномочиями с очень неприятными последствиями для каждого, кто по какой-то глупой причине вдруг решил, что может обворовать государство и остаться после этого безнаказанным.
Нет. Не может. И эти люди могли быть крайне упорны в желании доказать этот непреложный тезис.
— Ира… А он не сообщил… Он не сказал, в чём именно причина его визита?
— Нет, Евгений Валентинович. Лишь то, что ему нужно поговорить с вами, и всё. Больше ничего.
Евгений задумался. Крепко задумался. Очень. Инспектора ИНС так просто не приходят. Как правило, они являются тогда, когда для гипотетического и очень нехорошего человека уже всё кончено.
От этой мысли ему стало плохо. Но затем Евгений позволил себе немного расслабиться. Насколько он знал, его фонд работал прекрасно. Его самого нельзя было уличить в чём-то. Он не нарушал закон, а вышколенный персонал следил за тем, чтобы все сделки и инвестиционная деятельность велись строго с соблюдением закона.
Насколько он знал.
Сидящий в кресле мужчина почувствовал, как у него вспотели ладони.
— Ира, скажи ему, что я с радостью приму его. Прямо сейчас.
— Конечно, Евгений Валентинович. Я сообщу.
За те несколько минут, которые прошли с того момента, как Евгений положил трубку и открылась дверь в его кабинет, он, кажется, мысленно прошёл через все возможные круги ада.
Вошедший оказался высоким и худощавым. С острыми чертами лица и светлыми, соломенного цвета волосами. Одет в тёмно-серый костюм-двойку. Единственным светлым, а точнее, ярким пятном в его образе был красный галстук, выделяющийся на фоне белой сорочки.
— Добрый день, — поприветствовал его Евгений, уже успевший встать из-за стола.
— Добрый, — сухим, почти безэмоциональным голосом отозвался инспектор. — Прошу меня простить, если отвлёк вас от работы, но боюсь, что нам необходимо поговорить с вами.
— О, не переживайте, — сразу же запричитал Валентинович. — Это всё может подождать. Уверен, что вы не пришли бы просто так в мой офис…
— Я никогда не прихожу просто так, — всё тем же жутким голосом отозвался мужчина, после чего залез рукой во внутренний карман своего пиджака и вытащил удостоверение. — Инспектор ИНС Аркадий Вернинский.
Глаза Евгения пробежались по удостоверению, задержавшись на широкой печати с эмблемой Имперской Налоговой Службы под фотографией Вернинского. Больше всего его напугали глаза человека на фото. Они выглядели безжизненно, словно у мертвой рыбы.
Почему-то ему подумалось, что именно такой взгляд и должен быть у этих людей.
— Что я… чем я могу вам помочь? — осторожно спросил Евгений, надеясь, что его голос не слишком сильно дрожит.
— Своим полным и безоговорочным содействием, разумеется, — холодно отозвался инспектор. — В данный момент ИНС и инспекторская служба ведет расследование, и боюсь, что ваш фонд может стать фигурантом в этом деле.
— Могу ли я узнать…
