— Ну, господа, засим я откланяюсь, — сказал он, после чего повернулся ко мне. — Не забудь, с тебя ещё двадцать пять тысяч, плюс ещё восемь за ежедневные расходы.
— Он заплатит, — ткнул я пальцем в Лазарева.
— Я? — удивился тот.
— Конечно. Ты же начальник, а я всего лишь глуповатый помощник. Так что ты и плати.
Он хотел возразить. Я это прямо по лицу видел. Но, похоже, какое-то благородство у него всё ещё было. Как и понимание того, что всё это стало возможно благодаря моему плану.
— Ладно. Я организую перевод, — наконец кивнул Лазарев, на что Пинкертонов шутливо козырнул и вышел из кабинета.
— Александр, ответь мне на один вопрос, — попросил Роман, когда мы остались одни.
— Какой?
— Скажи, откуда ты знал, что один из них сломается?
— Так ни один из них и не сломался, — выдал я, будто это само собой подразумевалось.
Естественно, эта реплика на несколько секунд поставила Лазарева в тупик.
— Не понял.
— Филинов хорошо вышколил своих ребят, — пожал я плечами. — Они не дали этим двоим даже рта раскрыть. Нет, они, конечно, попытались, но те быстро убедили их, что так будет только хуже.
— То есть ты подделал подпись?
— Нет. С чего ты взял?
— Тогда чья подпись стоит на том листе, который ты принёс? — спросил он, и мне стоило больших усилий, чтобы не расхохотаться.
— Моя.
Ладно, не сдержался. Через секунду мы смеялись уже вместе.
— Значит, вот почему ты составил ваше с Арсеньевым соглашение таким образом, чтобы в нём фигурировало его признание, — понял он.
— Теперь, даже когда он узнает, как мы его развели, не посмеет дать заднюю. С его подписью на этом документе мы держим его за яйца. Тем более, что он должен перевести деньги в течение часа. Сжатые сроки и нервное напряжение не дают мыслить нормально.
— Ты ведь в курсе, что в суде это можно будет оспорить?
— В гражданском да, — согласился я. — Но вот в уголовном вместе со всеми остальными уликами этого будет достаточно и…
— И Филинов это поймёт, — закончил за меня Лазарев, а затем одобрительно кивнул. — Отличная работа.
— А то я не знаю, — улыбнулся я и одним глотком допил дорогой напиток.
Эх, всё же он приятен, вкус победы…
— Я до сих пор не могу поверить, — пораженно произнес Сергей Юдин, глядя на лежащие перед ним документы.
И я прекрасно его понимал. С момента, когда я оставил пустой бокал в кабинете Лазарева и вернулся к себе в отдел, прошло почти два часа. За это время Дмитрий Арсеньев выполнил поставленные нами условия и действительно вернул все украденные из фонда средства до последней копейки.
Это говорило о том, что до него ещё либо не дошло, как его облапошили, либо же он просто всё ещё не успел переговорить со своими подельниками. В людях я вроде бы разбирался неплохо, так что хорошо представлял себе те эмоции, которые бы он испытал, когда узнал об обмане.
Если честно, то представить себе этот момент было даже слишком приятно.
Впрочем, меня это волновало не слишком сильно. С его подписью на составленном мною документе других вариантов у него просто не было. Как бы он ни выкручивался, как бы ни протестовал, у него имелось лишь два выхода из сложившейся ситуации. Либо вернуть деньги, либо отправиться за решетку и всё равно в конечном итоге вернуть деньги.
На его счастье, мне требовалось лишь удовлетворить интересы своих клиентов, а не засунуть его в тюрьму.
— Я так понимаю, что данный конфликт исчерпан, — произнёс я, закрывая лежащую на столе папку.
Мы находились в одной из переговорных. После того как возвращение средств подтвердилось, я связался с Юдиными и назначил ещё одну встречу, чтобы окончательно закрыть это дело.
— Да, — с чувством воскликнул Сергей. — Да, конечно! Это просто-таки чудо какое-то. Если честно, то я до сих пор поверить не могу, что теперь мы сможем отчитаться перед нашими спонсорами, и всё будет в порядке.
Мужчина едва не светился от радости. Что же, его можно понять. Их фонд продолжит свое существование. Приятно, что сказать.
Правда, вот выражение на лице его супруги мне не понравилось совсем.
— И всё? — резко произнесла она, чем, кажется, вызвала у своего мужа недоумение.
— А вам ещё что-то нужно? — уточнил я на всякий случай. — Деньги возвращены. Фонд спасён. Разве этого вам недостаточно?
— Нет, недостаточно! — зло выплюнула она с таким выражением на лице, словно её сейчас вот-вот стошнит от испытываемого отвращения. — Он украл наши деньги!
— Мари…
— Нет, Сергей! — рявкнула его жена, постепенно превращаясь в яростную фурию. — Мне этого недостаточно! Ты понял меня⁈ Я хочу, чтобы он заплатил за то, что сделал! Этого мало!
Странно. Я прислушался к её эмоциям. С её супругом всё было понятно изначально. Там всё кристально ясно. Он находился в эйфории от новости, что они смогли вернуть украденные деньги инвесторов. А вот с его женой что-то странное. Слишком она… зла, как бы смешно это ни прозвучало.
