— Ты ведь знаешь своего отца, — уклончиво ответила её мать, после чего нежно взяла дочь за плечи и развернула к себе лицом. — Настя, скажи мне, пожалуйста. Ты любишь его? Хочешь ли ты, чтобы он стал твоим мужем?
Задав этот вопрос, она ожидала чего угодно. Она даже не удивилась бы, если бы сейчас её дочь расплакалась и со слезами на глазах призналась матери, что действительно влюбилась в этого странного парня.
Она многое в своей жизни повидала, чтобы не удивиться подобному исходу. К счастью, ответ Анастасии оказался куда более спокоен и уравновешен, нежели переполненные эмоциями выкрики.
— Я не знаю, — через несколько секунд призналась её дочь. — Правда. Он… Мне приятно находится с ним рядом. И… Что бы я ни думала раньше, он действительно видит во мне равную себе. Не взбалмошную графскую дочку. Не избалованную аристократку. Просто равного себе человека. Он всегда так говорил… И поступал соответствующе, сколько бы я ни ошибалась и какие бы глупости ни делала. А он всё равно был рядом и поддерживал…
Что же, этого ответа Валерии было более чем достаточно.
Она любила свою дочь. Очень любила. Но она никогда не была глупой женщиной. И прекрасно понимала, что именно делал Павел, пусть и не всегда одобряла его методы.
Тем не менее она хорошо осознавала, в каком именно мире они все жили. И то, сколько в нём опасностей. Потому она закрывала глаза на те «способы», которыми муж укреплял и усиливал положение семьи. Ведь это означало безопасность для неё и её детей и детей её детей в будущем.
А какая мать не захочет подобной уверенности?
Но она не могла не думать о том, насколько цинично и хладнокровно Павел решил использовать их дочь для этих целей.
И сейчас она очень хотела с ним поговорить. Благо Валерии было прекрасно известно о том, где именно он сейчас находится.
— … в итоге наша комиссия составит сорок два миллиона, — закончил свой рассказ Роман, сидя в удобном кресле в отцовском кабинете. — Пять процентов от общей суммы сделки.
— Что же, неплохо, — заключил сидящий за столом Павел Лазарев. — Убедись, что их объединение закончится именно так, как предусмотрено соглашением, и всё будет прекрасно.
— Это может оказаться не так легко, — с неохотой произнёс его сын и поморщился. — Гордеев хочет сохранить за собой управление в объединенной компании и большую часть мест в совете директоров после слияния и…
— Да мне глубоко наплевать, чего хочет Гордеев, — презрительно фыркнул Павел. — Его привычка каждую неделю требовать изменений в уже составленном договоре уже стоит костью у меня поперёк горла.
— И тем не менее он наш клиент, — не преминул напомнить ему сын. — Если мы хотим, чтобы этот процесс закончился так, как мы того желаем, то нам придётся…
— Нет, Рома, — перебил его отец. — Не нам. А твоей протеже.
Роман не без труда поборол острое желание закатить глаза.
— Ольга справилась прекрасно…
— У меня нет претензий к тому, как с этим делом справилась Светлова, — тут же возразил его отец. — У меня есть претензии лишь к тому, что это дело до сих пор не закончено. И, позволь напомнить, именно ты попросил меня, чтобы я взял её на работу. Что же. Я пошёл к тебе навстречу и принял её в команду. Даже обещал подумать о возможности дать ей место старшего адвоката, хотя Голицына или Вольский будут протестовать…
— Как будто тебя когда-либо заботили их протесты, — не удержался Роман.
— Нет, — не стал спорить с ним отец. — Не заботили. Но я всегда иду навстречу тем, кто приносит нам деньги. Я уже говорил, что для твоей Ольги…
— Она не «моя Ольга», пап, — нахмурился Роман. — Она…
— Да пусть будет хоть самым лучшим юристом из тех, что побывали в твоей постели, — резко оборвал его отец. — Мне плевать. Мне важно лишь одно. Результат. И пока Гордеев не засунет свои претензии себе в задницу и не подпишет это соглашение, результата я не получу. Понимаешь, к чему я веду?
— Вполне, — вздохнул Роман, вставая с кресла. — Но ты не хуже меня знаешь, насколько он упёрт и…
Дверь в кабинет Павла распахнулась, когда Валерия Лазарева по-хозяйски вошла внутрь.
— Дорогая? — удивился её супруг. — Не ожидал тебя увидеть.
— Почему-то я совсем этому не удивлена, — довольно-таки жёстко отозвалась Валерия и повернулась к стоящему у кресла сыну. — Рома, оставь нас, нам надо поговорить.
— Вообще-то мы сейчас заняты, Валя, — даже не дав своему сыну ответить, сказал Павел.
— Вообще-то мне наплевать, — в тон ему отозвалась Валерия.
— Что происходит? — тут же спросил Роман, уловив в её голосе отзвуки надвигающегося урагана.
— Это тебя не касается, — резко произнесла его мать, не сводя глаз с сидящего за столом супруга. — Я хочу поговорить с твоим отцом с глазу на глаз. Так что, будь добр, оставь нас.
Роман перевёл взгляд с матери на отца и обратно.
— Я так понимаю, — медленно произнёс он, — дело в Анастасии и Александре, так?
Оба родителя тут же повернулись в его сторону.
— Несложно догадаться, — пожал он плечами под их жалящими взглядами. — Александр сорвался и уехал куда-то посреди рабочего дня, а следом за ним моя сестра сбежала с работы с таким видом, будто готова кого-нибудь убить.
