— Да, красивый. — Гортхауэр подумал, что рассказывая об этом человеке, Мел, похоже, не преувеличил, а преуменьшил его красоту. Да и слов бы не хватило, чтобы описать это нежное правильное лицо и прекрасное тело. Ничего удивительного не было в том, что Мелькор так влюбился. Хотя, честно говоря, Гор этого не понимал. Он любил своего друга спокойной дружеской любовью и тогда, когда они спали вместе, и сейчас. Если бы, допустим, Мелькор пришел к нему утешаться, Гор лег бы с ним, не задумываясь, но и не теряя головы. Он ее вообще никогда не терял. Его отточенный холодный интеллект учитывал все, и способность Гортхауэра к анализу делала его жизнь куда более простой, чем у пылкого Мелькора. Он видел, что Манвэ потрясающе красив, но что из-за этого так переживать, он не понимал. Всегда можно найти себе партнера или партнершу, которые удовлетворят твое желание, и не надо будет бегать по потолку из-за кого-то одного. Существует куча куда более интересных вещей. Например, наука. Или гонки. Гортхауэр был отчаянным гонщиком и не раз выходил на трек в любительских соревнованиях. В любом случае, забивать себе голову какой-то любовью, уподобляясь своему сумасшедшему приятелю, он не собирался.
Манвэ проспал до утра. Мелькор полночи сидел рядом с ним и смотрел на спокойное спящее лицо. Он ни о чем не думал. Он был просто совершенно счастлив.
Утром Манвэ проснулся от поцелуя Мелькора. Гангстер склонился над ним и, улыбаясь, гладил возлюбленного по лицу. Манвэ улыбнулся в ответ и обнял его за шею.
— Ты очень испугался? — спросил он тихо.
— Очень. Я все тут с ног на голову перевернул, — усмехнулся Мелькор. — Отец надавал мне пощечин за тебя. Я давно не видел его таким сердитым.
— О, Господи, кошмар какой. Все я перебаламутил.
— Это ничего. Главное, ты здесь. После завтрака сходим к отцу. Он тоже волновался. И с Гором я тебя познакомлю.
— Он живет в твоем доме?
— Да. Давно. Когда ему было четырнадцать, его отец покончил с собой. Он был крупный чиновник, и они с папой дружили. Ну, и мы взяли его к себе. Мне было семнадцать. Он — мой первый парень.
— Правда?
— Ага. Мы с ним года два были вместе, а потом все как-то само рассосалось. Но Гор — мой самый хороший друг. Он отличный парень. Не будешь ревновать?
— Нет. Я люблю тебя.
— А я тебя, — Мелькор еще раз поцеловал его. — Ты — лучше всех.
Манвэ горделиво улыбнулся.
— Иди сюда, — сказал он. — Я вчера был такой заторможенный, что не помню ничего. Я хочу еще.
После визита к старому гангстеру, за завтраком, Манвэ познакомился с Гором.
— Гортхауэр, — сказал тот и протянул адвокату сухую горячую руку. Он был чуть пониже Мелькора, с вьющимися крупными кольцами темными волосами до плеч, блестящими черными глазами, довольно резким, но правильно и красиво очерченным лицом, у него была хорошая улыбка, немного грустная, но он сам, похоже, об этом не знал.
После плотного завтрака еще очень слабый Манвэ пожелал лежать на солнышке. Ему ни о чем не хотелось думать. Он даже представить себе не мог, чем он будет заниматься дальше. Но это было неважно. Рядом с Мелькором Манвэ ощущал себя, как ребенок под надежной родительской защитой. Адвокат говорил себе, что подумает обо всем, когда немного отойдет от этого безумия последних дней.
Мел куда-то пропал, и развлекать Манвэ остался Гор. Это даже нравилось адвокату, а отсутствие любовника не очень волновало его. Он был в доме Мелькора и не собирался ни уходить отсюда, ни беспокоиться, что кому-то станет об этом известно.
Мелькор появился через час. В руках у него были какие-то фирменные пакеты, и гангстер был веселым и возбужденным.
— Мел, ты чего приволок? — лениво спросил Гортхауэр, лежавший в шезлонге с сигаретой.
— Да так, кое-что, — лукаво ответил Мелькор, не отрывая взгляда от возлюбленного. На Манвэ были только короткие шорты, его тело уже позолотило солнце, и выглядел он действительно, как юный греческий бог.
— Давай-ка, малыш, примерь, — Мел брякнул пакеты рядом с шезлонгом Манвэ. Тот запустил туда руку и вынул узкие кожаные штаны. Посмотрел на Мелькора с удивлением. За штанами последовали шелковая рубашка и кожаная жилетка.
— Совсем спятил, — убежденно проговорил Манвэ. — Я в этом буду выглядеть, как педик с какой-нибудь плешки.
— Спорим, не будешь, — подмигнул ему Мелькор. — Примерь.
Манвэ со вздохом забрал пакеты и направился в дом. Когда он вышел, почему-то очень довольный, Гор и Мелькор просто ахнули. В пакетах оказалась куча серебряных украшений, цепочек, колец, браслетов, и Манвэ надел их все. Он был хорош, как сказка. Мелькор даже застонал от восхищения, а Гортхауэр звонко присвистнул. Манвэ состроил им глазки и уселся обратно в шезлонг.
— Теперь будешь ходить только так, — решил Мелькор.
Часть 2
