Этим теплым июньским вечером группа «Куин» собралась на квартире у своего ударника — вроде бы для того, чтобы репетировать. Тейлор жил один, потому что был не из Нью-Йорка. Брайан Мей и Дикон жили с родителями, на отдельную квартиру не было денег, а у Фредди вечно толклись какие-то люди, заходившие без приглашения и приносившие выпивку. Репетиция не очень получалась. На ней настоял Брайан, который всегда все доводил до совершенства. Но остальных ломало в такой прекрасный вечер долбить одно и то же, и народ тихо сачковал. Роджер пил пиво, Дикон, который все еще несколько стеснялся своих коллег, тихо лежал на диване, положив свой бас себе на живот, а Фредди изображал то ли Джимми Хендрикса, то ли Элвиса Пресли перед зеркалом. Во всяком случае, лицо он делал убедительное. Солист группы лелеял страшный план. Он очень хотел подобраться к застенчивому басисту, но тот держался так отстраненно, что сделать это не было никакой возможности.
В нынешнем составе группа существовала уже несколько месяцев, и музыканты твердо решили стать звездами. Однако начинать им пришлось с грязных баров и небольших клубов. Они все были очень молоды: старшему, Фредди, было двадцать четыре, Мею — двадцать три, Тейлору — двадцать один, а Дикону — девятнадцать. Но наглости у них хватало на все.
— Не хочу я идти в твой клуб, — сообщил Тейлор, вытряхивая последние капли пива из банки в рот. — Там, небось, опять одни педики.
— Успокойся, — капризно ответил Фредди, который представлял себе уже, как он сегодня выйдет на сцену в блестящих черных шелковых штанах в обтяжку и черной открытой блузке. Ботинки на платформе, кольца, браслеты… Конфетка. — Нам нужен спонсор.
— И кого ты собираешься подкладывать под этого спонсора? — лениво осведомился Роджер. Мей поднял голову от гитары, на его узком худом лице с длинным носом появилось любопытство. — Или сам ляжешь?
— А кто ему понравится, того и подложу, — отпарировал Фредди. Дикон посмотрел на него с кровати неожиданно блеснувшими глазами. Если бы Фредди взял на себя труд повнимательней посмотреть на басиста, то он понял бы, что очень ему нравится. Только Дикон ужасно стеснялся и страшно восхищался блестящим Фредди. Он был уверен, что тот просто никогда даже внимания не обратит на такого серого мыша, которым считал себя Джон. Впрочем, под вниманием невинный Дикон подразумевал исключительно дружбу.
— Кончайте пререкаться, — сказал Мей. — Нам надо больше выступать, все равно, где, а потом, нам там наконец заплатят.
— Я же говорю — педики, — безнадежно вздохнул красавчик ударник, на которого обычно оглядывались люди на улице, пораженные его прелестью.
— А спорим, — вдруг сказал Фредди вдохновенно, — спорим, что и двух месяцев не пройдет, и ты ляжешь с мужиком. И тебе понравится.
Тейлор, который уже пару раз ложился и ему совсем не понравилось, посмотрел на Фредди с презрением.
— Спорим. На что?
— На бутылку.
— Отлично. — И они ударили по рукам.
— Какого черта ты нас сюда притащил, Мел? — спросил Гортхауэр, оглядываясь. Бар был очень богемный и подозрительный.
— Мне нравится. — Мелькор, в черных джинсах и черной рубашке, с длинными волосами, смотрелся здесь своим. К тому же вид у него был вполне англосаксонский, не то что у цыганистого Гора, черные кудри которого лежали на плечах, а глаза блестели, как полированный оникс. Манвэ тоже был одет вполне вольно — Мелькор запрещал ему носить костюмы. Адвокату здесь нравилось. Он в таких забегаловках не бывал со времен студенческой юности.
— Смотри, какие забавные ребятки, — продолжал Мелькор, отхлебывая пиво и кивая головой на группу, которая откровенно безобразничала на сцене. Особенно старался солист.
— Да уж, — Гор даже не глянул в ту сторону. Его тяготили какие-то смутные поганые предчувствия, и очень хотелось уйти отсюда. «Не иначе, как Мел в драку ввяжется», — подумал он.
— Они очень смешные, — Манвэ с удовольствием глядел, как солист на сцене пристает к длинному и кудрявому гитаристу. — Мел, давай потом пригласим их за столик. Интересно познакомиться.
— Все, что захочешь, котенок, — ответил Мелькор. Ему группа нравилась не просто за их шалости. В их музыке ему показалось что-то необычное, а гангстер давно мечтал вложить деньги в шоу-бизнес. Эти ребятки выглядели очень многообещающими. Он подозвал официанта и попросил передать группе их приглашение.
Мей вышел со сцены, прижимая гитару к себе. Голова у него кружилась, как всегда после выступления. Он любил это, пожалуй, больше всего на свете. Где угодно, на улице, в пабе, в гей-клубе, только бы видеть обращенные к ним лица и ощущать, как поет и говорит под руками гитара.
Тейлор был очень возбужден. Он не снимал своего концертного костюма — обтягивающих леопардовых леггинсов и такой же коротенькой расстегнутой курточки. На обнаженной гладкой груди ударника болталось пять или шесть серебряных цепочек. Он уже больше не делал вид, что клуб ему не нравится. Их здесь так принимали…
