«Ну, что ж, — мгновенно сатанея, думал Мелькор. — Ты видел меня добрым, дорогой, увидишь и злым».
Прошли сутки, а Манвэ все еще не нашли. Во все мотели Нью-Джерси заходили вежливые молодые люди в приличных костюмах и показывали фотографию красивого молодого человека с голубыми глазами. Они обещали щедро заплатить за информацию, но все было глухо. Мелькор страшно орал на своих людей, кому-то дал по морде, но делу это не помогло. Наконец к утру следующего дня ему сообщили, что человека, похожего на Манвэ, видели в кемпинге неподалеку от маленького городка Гранд-Ривер в Нью-Джерси. Мелькор вскочил в машину и, пренебрегая всякими ограничениями скорости, ринулся туда. Он вел машину на пределе, дважды попавшись патрулю и откупившись крупной суммой. У него дрожали поджилки при мысли о том, что это не Манвэ и опять придется неизвестно сколько времени пребывать в неизвестности. Но больше всего он боялся, что увидит ледяной невидящий взгляд и услышит резкие слова от своего любимого.
Приехав, он сунул фотографию под нос портье, тот покивал головой и сказал, что да, этот парень остановился в седьмом номере и не выходит из него третьи сутки. Мелькор положил на стойку две тысячи долларов и сказал вежливо:
- Мне нужен ключ.
Портье сглотнул, уставился на деньги тупым взором и спросил:
- Вы хотите его убить?
- Нет, я не хочу вышибать дверь. Если бы я хотел его убить, я бы уже убил. И не стал тратить деньги. Ключ.
Когда он шел по коридору, то сердце у него колотилось, как бешеное, а артериальное давление подскочило до угрожающих размеров. Наконец он открыл дверь и вошел в номер.
Манвэ лежал на кровати, уткнувшись головой в подушку. Постель была в беспорядке, простыни свешивались до полу. На Манвэ была надета измятая голубая пижама. Услышав звук хлопнувшей входной двери, он поднял голову и наткнулся глазами на вошедшего Мелькора. Лицо у адвоката было измученное, глаза запали, нос заострился.
Мелькор почувствовал острый приступ жалости, но был так взволнован, что не мог вымолвить ни слова. Больше всего на свете он боялся услышать: «Уходи». Манвэ тоже молчал. Он извелся за эти три дня и не хотел уже ничего, только видеть своего возлюбленного. Теперь, когда это желание осуществилось, он был готов даже умереть. Мелькор шагнул вперед и схватил Манвэ в охапку.
- Зачем ты уехал? — горячо зашептал он. — Глупый мальчишка. Я чуть не разбил себе голову о стену от горя. Поставил всех на ноги, чтоб найти тебя. Не делай так больше.
Он был так счастлив, что наконец нашел его, что ощущает его тепло через тонкий шелк пижамы, слышит его дыхание, вдыхает слабый аромат темных волос, что все остальное стало для гангстера безразличным.
На глазах у Манвэ выступили слезы. Он, дыша через рот, уткнулся в рукав Мелькору. Сейчас он был готов сделать все, что прикажет гангстер.
- Собирайся, — шептал Мелькор, все еще держа Манвэ в объятиях. — Поедем ко мне.
Он отстранил возлюбленного от себя и посмотрел в его залитое слезами лицо. Манвэ ничего не мог поделать, слезы лились из глаз помимо его воли.
- Бедный мой мальчик, — проговорил Мелькор и изо всех сил прижал его голову к своей груди. — Все уже кончилось, мой хороший. Давай.
Он заставил Манвэ встать, велел умыться, а сам пока покидал в сумку его вещи. Адвокат вышел из ванной уже переодетый в джинсы и майку. Мелькор, привыкший видеть его в костюме и при галстуке, едва не присвистнул от восхищения. Его возлюбленный походил на восемнадцатилетнего мальчишку, впрочем, довольно голодного и замученного.
- Ты, что, не ел все это время? — спросил Мелькор. — Давай, я прикажу принести что-нибудь.
- Нет, — покачал головой Манвэ.
Мелькор жестом подозвал его к себе, обнял и крепко поцеловал.
- Зачем ты надел эти тряпки? — спросил он. — Я хочу тебя, я страшно соскучился.
- Подожди, Мел, я не могу сейчас.
- Почему? — испугался гангстер, который дико боялся, что Манвэ все-таки оттолкнет его. — Ты так сильно обиделся на меня? Не хочешь больше меня видеть? Манвэ!!! Скажи что-нибудь, не молчи…
Гангстер, словно ему вдруг отказали ноги, рухнул на колени перед своим возлюбленным. Он схватил его руки в свои и уткнулся в них лицом.
У Манвэ, не евшего трое суток, поплыло перед глазами. Слезы Мелькора обжигали ему ладони. Словно сквозь толстый слой воды донеслись до него прерываемые рыданиями слова Мелькора:
- Не уходи, я люблю тебя, я умру без тебя. Ну, прости меня или убей, если не можешь простить.
Мелькор рванул из подвешенной на боку кобуры револьвер и сунул его в безжизненные руки возлюбленного. Он смотрел на него потемневшими от слез, безумными глазами и ждал.
Ощущение холодного металла в ладонях вывело Манвэ из транса. Он выронил револьвер, с тяжелым стуком упавший на ковер, и, глядя в лицо Мелькора, прошептал:
- Нет, я люблю тебя. Я больше ничего не могу. Я устал.
Следующие мгновения стерлись из его сознания. Когда темнота перед глазами рассеялась, Манвэ увидел себя лежащим навзничь на постели. Мелькор всей тяжестью вжимал его в упругий матрас.
