Пока же всё слишком спокойно. Очередной перевал, и совсем немного осталось до выхода на границу двух стран. Уже можно разглядеть золотистые пески пустыни и вдалеке голубую полоску реки Гильменд.
— Вот и Регистан уже виден, — сказал я, продолжая оборачиваться и следить за нашим «тылом».
— Знаешь, Саныч. А ведь я никогда так не хотел попасть в Афганистан, как сейчас, — улыбнулся Петруха, когда увидел просторы афганской пустыни.
Только он начал идти вперёд, как меня будто холодной водой облили. И это в жару более 40ка градусов!
— Замри! — крикнул я, чтобы Петруха остановился.
Казаков подчинился и застыл как вкопанный. Я и сам удивился, что успел заметить «подлянку» от духов.
В небольшом проходе между двумя скальными выступами была натянута проволока на уровне лодыжки. Я подошёл и аккуратно оттащил его от предполагаемой растяжки. Внимательно осмотрев узкое пространство, заметил, что идёт проволока как раз к связке из двух гранат.
Сделал бы Петруха ногой движение и был бы взрыв.
— Под ноги нужно смотреть. Что делать? — спросил Пётр.
— Переступаем и идём дальше. Нечего лезть не в своё дело, — ответил я и перешагнул через проволоку.
— Может лучше обезвредить? — уточнил Петруха, переступая вслед за мной.
— Мне на курсе выживания знаешь, как инструктор на эту тему сказал?
— Как?
— Если вы полезли снимать растяжку, то тут два варианта — вы или сапёр, или дурак.
Петруха почесал затылок и сделал несколько шагов вперёд. И тут очередной признак надвигающейся опасности.
Справа из-за скалы взлетел с громким и отрывистым криком представитель местного подвида соколов. Вспорхнул так быстро, будто что-то его напугало. Просто так эта благородная птица кричать не будет.
Из-за поворота показался незваный гость. В последний момент я успел достать автомат, но Андрей Евич с раной на лице раньше выстрелил.
Петруха рухнул и скатился с тропы вниз.
Я успел отпрыгнуть в сторону. У Евича заклинило патрон, и он отбросив пистолет в сторону, набросился на меня с ножом.
— Тварь! — крикнул он, замахнувшись на меня.
Блокировал его руку и тут же левым боковым пробил ему в висок. Евич ударился головой о скалу, но тут же резво подорвался.
— Гнида! — заорал Андрей не своим голосом, снова бросившись на меня.
Я успел вытащить пистолет, но Евич полоснул меня ножом по руке. Резкая боль заставила меня выронить оружие и вновь сойтись в клинче с Андреем.
Очередное столкновение с угрозой жизни. Евич продолжал пытаться пробить защиту, но лезвие ножа так и не достигало искомой цели. А рубил он так, будто у него двуручный меч, а не нож.
Мощно пробил ему в колено и Евич резко попятился назад. Вдогонку пробил ему в переносицу, и мой противник завалился назад.
Я быстро достал свой нож и бросился на Евича. Но он и здесь успел защититься, подобрав камень и бросив мне в лицо.
Однако, не собирался я позволять ему оклематься.
Он попытался схватить меня за горло, но я тут же пробил ему под рёбра с левой руки. Затем с правой точно в челюсть.
Евич рухнул на землю, но вновь попробовал встать. Со всего маху ногой попал ему точно в переносицу и прижал к земле. Осталось только добить.
И снова у Андрея появились силы, и он вцепился в мои ноги. Пришлось рухнуть на него, прижать лицо к земле и не позволять ему поднять головы.
Схватил его за шею и начал душить.
Кровь кипела, виски от адреналина пульсировали. Ведь подо мной был не просто противник, желающий мне смерти. Это был предатель Родины. А таким уготована одна участь.
В пылевом облаке, поднявшимся над нашим «рингом», я разглядел сверкнувшее лезвие ножа. Евич начал тянуться к нему, но кончиками пальцев только еле дотягивался до рукоятки. Я же продолжал сжимать шею.
— Ненавижу! — хрипел Евич, постепенно теряя силы.
Слева послышался шорох. Только я повернул голову, как получил прикладом в голову.
Сознание постепенно возвращалось ко мне вместе с ощущением невесомости. Будто я не иду, а лечу над землёй, волоча по ней обессиленные ноги. Внешние звуки становились всё отчётливее, поглощая нарастающий звон в голове. Но с ориентировкой всё обстояло гораздо хуже. Глаза открыть не получалось.
— Бросай, — сказал кто-то рядом со мной на языке Шекспира.
Вот уж не думал, что меня так будет глючить. Услышать в этих краях речь на английском языке было чем-то невероятным.
Только начал размышлять, как меня отпустили, и я рухнул на твёрдую землю. Щекой почувствовал, что это высохшая поверхность с мелкими камнями.
— Мы же нашли пилота. Этот нам зачем? — спросил кто-то, стоя надо мной.
— Командир сказал. Дай лучше сигарету, — ответил ему другой.
Голову поднять не получалось. Слишком мощный удар прилетел мне после схватки с Евичем.
Постепенно я открыл глаза и сощурился от солнечного света. Ориентировка восстановилась. Тут же я встретился взглядом с одним из бойцов с тёмным цветом кожи.
