Тут с горы спустились ещё несколько человек. С ними появился и Евич. С помощью других иностранных бойцов от тяжело спускался с горы, еле-еле ворочая языком. Английский язык у него был очень неплохой.
— Зачем вы его оставили? — едва связывая слова, говорил Андрей.
— Нам Патрик приказал. Одним русским больше будет, — ответил ему один из бойцов.
Евич спустился и посмотрел на меня. В его глазах появилась та самая звериная ярость, с которой он смотрел на меня во время поединка. А ведь ещё недавно Андрей мной даже восхищался.
— Видишь этого человека? — показал Патрик на Евича. — Он получит свои деньги и будет жить долго и счастливо. А ты сдохнешь в яме. Вонючей, выгребной яме, — посмеялся Патрик, посмотрев на меня.
В этот момент он должен взять паузу и дождаться, когда я пойду на контакт. Стандартный ход с его стороны во время вербовки, когда предлагают «соломинку» для выживания.
— Деньги получит, а вот вертолёта вам всё равно не видать, — ответил я.
— Тварь! — воскликнул Евич и бросился на меня, но его тут же остановили.
Тем не менее он подошёл ко мне близко. Сейчас бы вмазать ему. Да так, чтоб свалился и прыгал на заднице несколько метров.
Патрик поднялся с камня и надел панаму.
— Андрей, говори что хотел и поехали, — произнёс он.
Евич сплюнул, потёр разбитый нос и подошёл ко мне ещё ближе.
— Из-за тебя погиб Щетов, а я потерял деньги. Ведь ты мог спокойно не лететь сегодня, и всё бы прошло тихо. Продолжал бы служить грёбаной стране. Идеалы коммунизма! Родина! Отечество! — начал возмущаться Евич, но я его не стал дальше слушать.
Кулак уже был наготове, поэтому удар не заставил себя ждать. Мощно пробил ему в висок. Евич на ногах не удержался и упал на землю.
— Значит, ты уже всё решил. Где второй пилот? — спросил Патрик у одного из подчинённых.
При этих словах из-за спин остальных американцев ко мне подвели Петруху. Раненного, в крови и испачканного в песке. Мой товарищ держался из последних сил. Быстро осмотрев его, я увидел рану в районе плеча. Похоже, что пуля его только задела.
— Вертолёт нам действительно не видать. И это плохо. Но и вам будет несладко в плену у этих джентльменов. Счастливо оставаться, товарищи! — попрощался с нами Патрик и пошёл в сторону машины вместе с бойцами.
Евичу помогли подняться, и он пошёл следом.
— Дружище, ты как? — спросил я, осматривая Петруху.
— Рану жжёт. Как будто тыкают огромным количеством крошечных иголок, — сказал он.
В этот момент прозвучал автомобильный сигнал, и несколько английских внедорожников устремились по грунтовой дороге на юг. К нам же быстро приближались душманы.
Нас схватили и затолкали в пикап. Тычки автоматами я уже и перестал замечать. Казаков же изнывал от боли, но смог сесть самостоятельно. Вокруг нас сели четверо духов и, как только кузов закрыли, пикап рванул на восток. В какой нас кишлак везут, я пока смутно понимал.
Колонной из трёх машин мчали по песчаной дороге, поднимая пыль за собой. Сидеть в кузове было совсем неудобно. Пол нагрелся от солнца, а само светило припекало голову всё сильнее. Ещё и рана на голове и порез на руке саднили. Петрухе было ещё хуже.
— Американцы тебе что-то предлагали? — спросил Петруха у меня, когда мы начали проезжать один высохший солончак за другим.
— Конечно. Я сказал, что мало. А они мне говорят, что у них больше нету. Вот и не сошлись в цене, — посмеялся я.
— Видел я, как ты Евичу вмазал. Вот же он гнида… ау! — вскрикнул Петруха, когда его в больное плечо толкнул душман.
Молодой дух с маленьким тёмным пушком волос под носом что-то начал активно кричать, но его слова было не разобрать. И ветер шумит, и говорит он на непонятном нам языке.
— Есть мысли, Саныч? — шепнул мне Казаков.
— В процессе.
Четыре душмана ехали с нами молча. Впереди и сзади ещё по одной машине. На той, что едет первой, установлен пулемёт ДШК. Даже если обезвредим всех в кузове, нас тут же расстреляют.
Осмотр окружающей нас местности, оптимизма тоже не добавил. Если и бежать, то вновь в сторону границы и прятаться в горах.
Я поднял руку и взглянул на часы. Странно, что хоть их мне оставили. Прикинув время, рассчитал, что вызвали мы помощь уже около часа назад.
Тут же колонна машин свернула на юг, выехав на другую дорогу — более накатанную и широкую. Теперь мы следовали на юг, проехав мимо каменной гряды. Впереди слева я увидел серое блюдце маленького озера.
Направление движения и предполагаемый пункт назначения мне стал понятен.
— Нас везут в Чагай. Это кишлак на развилке двух песчаных дорог, — сказал я.
— Как нам оттуда сбежать? — спросил Петруха и вновь получил стволом в больное плечо.
Вот оттуда сбежать крайне сложно.
Впереди прозвучал мощный взрыв. Пикап резко затормозил, и я кубарем полетел к заднему откидному борту. Машину повело из стороны в сторону, выбрасывая из кузова душманов одного за другим.
Задний борт открылся, и я сам вылетел из кузова, прокатившись по земле.
Сориентировавшись, откатился в сторону, чтобы не попасть под колёса третьей машины. Подняв голову, среди дыма и пыли обнаружил замыкающий колонну пикап перевёрнутым и скатившемся с дороги.
