– Дорогая, прошу, скажите, почему Пенелопа отвергла ухаживания Алонсо? Он был бы идеальным супругом для неё! О, как же я горевала, когда ей заморочил голову этот мерзавец Хосе, – тараторила дама, укоризненным кивком подчёркивая, что не одобряет выбора, который сделала героиня Миранды.
Директор музея откашлялся:
– Не думаю, Росита, что это подходящая тема для обсуждения. Наши гости прибыли сюда расспросить о пропаже компаса и уже, кажется, собрались уходить.
– И слышать не желаю! Миранда Мистери в моём доме, и я отпущу её вот так? Нет-нет, сперва отведайте мою фирменную тортилью[2]! Приглашаю на обед, дорогие! Прошу за мной!
Ларри растерянно взглянул на Агату, но та лишь кивнула в ответ. Она надеялась, что за трапезой подвернётся случай обсудить дело, ради которого они сюда приехали. Детективы поднялись по короткой лестнице, которая отделяла помещения музея от комнат, где жили директор с семьёй. Росита накрыла обеденный стол идеально накрахмаленной скатертью, выставила лучшие столовые приборы, усадила Миранду на место почётного гостя и принялась подавать одно блюдо за другим, не переставая болтать и засыпать актрису вопросами.
– Кто, по-вашему, мог украсть компас? У вас есть версии? – обратилась Агата к сеньору Антону, улучив момент, когда хозяйка дома удалилась, чтобы наполнить супницу новой порцией гаспачо[3] и налить очередную тарелку мистеру Кенту, которого дама приняла за телохранителя Миранды.
Директор покачал головой:
– Честно говоря, нет. Это был важный экземпляр музейной коллекции, но он никогда не вызывал особого интереса. Тот, кто его украл, возможно, не подозревал об этом, но компас не принадлежал Христофору Колумбу… Компас был сделан не при жизни путешественника, а позже. Больших денег за него грабитель точно не выручит, если, конечно, не продаст кому-нибудь легковерному.
Агата наморщила лоб, а Ларри задал директору следующий вопрос:
– Кража произошла в районе двух часов ночи?
Тот кивнул:
– Очень похоже на то…
– Так и есть, папа, – неожиданно вступил в разговор сын директора, юноша примерно того же возраста, что и Ларри.
До этой минуты паренёк молча сидел на другом конце стола, не вмешиваясь в общую беседу.
Агата и Ларри изумлённо уставились на него.
Сеньор Антон пояснил:
– Мой сын Родриго слышал, как в это время от входа отъезжала машина. Он у нас заядлый полуночник, только и делает, что ползает в своём Интернете… – добавил директор, посуровев.
– Я играю в онлайн-игры, папа, – обиженно отозвался его сын.
– Машина? Какая именно машина? Ты её видел? – взволнованно зачастил Ларри.
– Чёрная машина. Я видел её в окно. На нашей улице обычно стоит тишина, а ночью и подавно. Я и подумать не мог, что кто-то замыслил украсть легендарный компас.
– Кто-нибудь хочет запечённого поросёнка? Отведайте кусочек, милая моя! И вы, сеньор, не забывайте питаться как следует, а иначе у вас не будет сил защищать нашу Миранду! – воскликнула Росита и положила щедрую порцию мяса на тарелку Миранды, а вторую, ещё более щедрую, – дворецкому Мистери-Хаус.
– Легендарный компас? – повторила Агата, глядя на юношу и пытаясь вернуть разговор к нужной теме.
Директор музея махнул рукой, точно отгоняя муху, и произнёс:
– Это всё ерунда. Досужие выдумки недалёких людей. О, что за времена настали! Такое чувство, что подлинная наука уже никого не интересует…
– А я верю в эту легенду, – вставил Родриго, вскидывая голову. – Считается, что в шестнадцатом веке алхимик Алькасар собрал несколько средневековых металлических артефактов и создал формулу, согласно которой эти предметы, соединённые друг с другом, порождают необычайную силу… силу невидимости!
– Дурацкие пересуды, – вздохнул его отец.
– И компас входит в число этих артефактов? – полюбопытствовала Агата, приближаясь к юноше и потирая подбородок рукой.
Родриго кивнул:
– Всего их три. Компас Колумба, меч Сида Кампеадора и крест Томаса де Торквемады. Но инквизиционный трибунал обвинил Алькасара в ереси, его посадили в тюрьму и приговорили к смерти. Вывести формулу ему так и не удалось, и о её создании забыли навеки.
Ларри выскочил из-за стола и в два прыжка подбежал к Агате и Родриго.
– Меч… меч, который якобы принадлежал Сиду? – срывающимся голосом произнёс юный детектив.
– Колада, – подтвердил собеседник.
Директор вздохнул:
– Человек всю жизнь учится, чтобы передавать знания потомкам, и однажды выясняет, что его собственный сын верит в небылицы из Интернета. Ох, скажите на милость, что я сделал не так…
– Ой, Антон, не начинай, пожалуйста!
– Скажите лучше, любезные гости, у кого в животе ещё осталось местечко для моего фирменного блюда? – пропела сеньора Росита.
– Да сколько же их у неё? Мы ведь уже шесть блюд попробовали, – прошептал Ларри, который вместе с сестрой вернулся за стол.
Агата легонько толкнула юношу локтем, призывая не болтать лишнего.
– Это понче! Нельзя приехать в Сеговию и не отведать понче! – воскликнула дама, водружая на стол огромное блюдо с мягким бисквитом, покрытым марципаном.
