Наверняка она захочет получить для себя что-то нужное. Там одежду, лекарства, или даже просто хорошую еду? Не думаю, что кого-то устраивает еда в тюрьме, нет она у нас конечно же хороша, но всегда человеку хочется что-то более вкусное, интересное и разнообразное. Разве я не прав?
— Разумеется правы! — несколько фальшиво восклицает НаБом. — У нас рацион питания конечно же сбалансированный и полезный, но по вкусовым качествам конечно же уступает домашней еде. Вполне возможно ЮнМи может это как-то заинтересовать.
(Сама госпожа НаБом подумала конечно же в этот момент об итальянских завтраках для ЮнМи, больше похожие на сытные обеды. Их до сих пор по утрам привозили прямиком из отеля «Голден Палас» от одного их лучших европейских поваров. Ну не могла же она отказать самой госпоже МуРан? Поэтому директору тюрьмы очень сомнительно что ЮнМи можно купить за какую-то мелкую продуктовую передачу.
Кстати, может прервать эти ресторанные изыски для ЮнМи? Хотя бы на то время пока ажиотаж вокруг нее немного спадет? Ну или пусть ее адвокаты добиваются разрешения на эти завтраки, официального разрешения от кого-то в Минюсте, там по врачебным или каким-то прочим показателям.
В этом случае с нее большого спроса не будет если вдруг всплывет, как «скромно» здесь подкармливают ЮнМи некоторые уважаемые в стране люди.
Так что с разнообразием тюремной еды у ЮнМи как раз все хорошо, может даже получше чем у самого министерского «гусака» — это все мелькнуло у нее в голове, но вслух она произнесла).
— Интересное предложение, но я все-таки думаю, что его для того, чтобы убедить ЮнМи выступить как вы хотите, будет явно недостаточно.
— Да, наверное, вы правы. — легко соглашается с ней мужчина. — Это немного мелковато, но у нас же будет комплексный подход! Первое это так, мелочь, в знак нашей доброй воли, скажем так. Но главное это после, это будет обещание ей от нас разговора с самим министром юстиции и его возможное ходатайство.
— Ходатайство министра? — не поняла глубину мыслей оппонента НаБом.
— Совершенно верно! — торжественно отвечает ей Квак ЮнГи. — И не просто ходатайство, а перед самой главой государства … на предмет ее помилования!
— Помилования? — немного удивлена НаБом. — Но о возможном помиловании говорила … но разве помилование возможно после … ну этого фильма о … ну в общем вы меня понимаете.
(Здесь НаБом чуть было не проговорилась о посещении тюрьмы такой известной и важной в определённых кругах личностью как СунСиль, которая как раз и предлагала ЮнМи помилование от президента и получила от нее отказ.
ЮнМи, если помните, сама рассказала госпоже НаБом об этом предложении, как и о своём отказе, так как начальница тюрьмы при этом разговоре не присутствовала. Соответственно она никак не может знать об этом предложении СунСиль рассказанному ей самой ЮнМи из-за неплохо сложившихся у них отношений.
Поэтому она не стала говорить, что такое предложение уже поступало для ее подопечной и что на него последовал ее категорический отказ.
